Продолжение следует, или Наказание неминуемо

Она ж не поверит, кинется расспрашивать, только беды наделает и сыну, и себе…

На всякий случай, подъезжая уже к Липецку, Влад и собственный мобильник отключил: лучше оставаться вне досягаемости. Мать сама звонить не станет, она и номера-то телефона сына запомнить не могла, с этой стороны опасности нет, а для остальных – нет его пока. Пусть там ломают себе головы: почему уехали вдвоем, а теперь ни один из телефонов не отвечает? Оба, что ли, «дуба дали»? Ну, и кинутся проверять?

А кто их знает? И тут Влад сообразил, что уж касательно Серого концы найти можно.

Позвонят в ментовку, поинтересуются происшествиями за последние сутки на железной дороге, вот и узнают про неопознанный труп. А дальше установить, чей труп, нетрудно, если Денягин захочет это сделать. Но только Василий Савельевич не станет «светиться», как он часто повторяет, а проще говоря, демонстрировать свой интерес к неопознанному трупу. Впрочем, кто его знает? Может и поехать, посмотреть и сделать вид, что не узнал того, кого ищет. Хотя для себя удостоверится. Вот тогда-то и начнется новая охота…

Да ну их всех к черту! От напряженных мыслей и путаницы в голове Влад устал, да и сама голова разболелась. Сколько можно – одно и то же, одно и то же, как старая пластинка. Был у него дома совсем древний, отцовский еще, проигрыватель, только новых иголок не было, а старые шипели. Иногда мать ставила пластинку с голосистой когда-то теткой – из своей молодости, слушала со слезами на глазах, а чего там слушать? Про валенки дырявые, блин? Не-а, не тема.

Да чего с нее взять, с матери-то?..

С теткой не повезло.

Когда Влад, не без труда отыскав теткин дом, 9й на 2-й Песочной улице, поднялся на скрипучее крыльцо и позвонил в дверь, открыл ему незнакомый, явно сердитый мужик, от которого резко пахнуло водочным перегаром. Красными, заплывшими глазами он уставился на пришельца и молча ждал вопроса.

Влад сперва решил, что ошибся, детская память подвела, и даже слегка растерялся. Но спросил, не здесь ли проживает Полина Петровна, ну, тетя Поля.

– Ты фамилию говори, – просипел мужик.

И тут Влад вовсе растерялся: он забыл теткину фамилию, вылетела из головы.

– Гундорин я, – попытался он обойти щекотливый вопрос. – Мой отец покойный, Сергей Кондратьевич Гундорин, был ее двоюродным братом.

– Ну и чего? – резонно перебил мужик.

– Да бывал я здесь, у теть Поли. С батей приезжали.

– Не знаю никаких таких Гундориных. А тебе чего надо?

– Да я ж говорю, к тетке я заехал. В гости.