Попаданец с четырьмя колёсами

«Корды», «дюзенберги», «линкольны», «пирс-ароу», «кадиллак-роадстер», «паккарды», «бьюики», «роллс-ройс фантом», «майбах-цеппелин», «олдсмобили» — были навалены бесформенными кучами и ничем не отличались от пионерских свалок металлолома времён СССР.

Я медленно ехал мимо кладбищенских стеллажей мирового автопрома конца девятнадцатого — начала двадцатого века, и передо мной мелькали остатки гремящих когда-то марок: «Бугатти», «альфа-ромео», «мерседес-бенц» — ещё тот, самой первой модели.

Куда ни глянь — сплошные вехи в истории автомобилестроения. Вот «фордик-Т» — «Железная Лиззи», знаменитый «виллис», «эмка» ГАЗ-М1, «ГАЗ-А». И «ГАЗ-69» здесь же, и «УАЗ-469»…

Кто и для чего мне это всё показывает? Все эти ужасы…

Я уже догадался, что всё происходящее вокруг меня в настоящий момент происходит не впустую. Пускай я попал сюда почти случайно, но кто-то ведь охотился и за мной — два кола, пронзившие капот и багажник двойника, доказывают это со всей уверенностью.

И сейчас мне демонстрируют автокладбище не просто так, а с особым смыслом. Но для каких целей? Хотят запугать меня? Хотят показать, что, каким бы ты ни был известным и знаменитым, а конец всегда один — на свалке?

Но нет! Я видел и автомобильные музеи! Где точно такие же автомобили выглядят вполне благопристойно. О них забоятся, их берегут и лелеют, ежедневно протирают и полируют лак, сдувают мельчайшие пылинки.

И они служат достойным примером для многих миллионов людей и автомобилей, прибывающих туда, чтобы посмотреть на живую историю развития автомобилизации человечества.

Так что если кто-то и хотел запугать меня, то добился прямо противоположного эффекта: я будто бы получил от всех этих машин, собранных в одном месте, на гигантской автомобильной свалке, всю бывшую у них силу и мощь, и теперь я мог никого не бояться!

Чтобы отдать дать уважения своим косвенным предкам, а также отсалютовать их памяти, я, убрав в сторону все мысли о покое на кладбище и вспомнив последние строки повести о Мальчише-Кибальчише, врубил сирену на полную мощность и ехал так, наверное, несколько минут…

Поэтому ли, или по какой иной причине, однако тьма надо мной и вокруг постепенно стала размываться и терять монолитность.