Попаданец с четырьмя колёсами

И вообще, мне совсем не помешает стать магом — в магическом мире, на мой взгляд, это как раз и означает «быть как все»!

Так что нефтяные поля мы пролетели мимо, без приземления, и я смог оценить их протяжённость и производительность: полные ямки отсвечивали куда сильнее, чем наполовину пустые или же пустые полностью.

«Мне сверху видно всё, ты так и знай!» — хотелось запеть мне. Но я опять сдержался.

— Мы же обещали Драгоцену рассказать о случившемся! — вспомнил Памплисиодор. Он даже дёрнулся к дверце, как будто собираясь выходить.

А ведь парашюты в моей комплектации не предусмотрены!

— Ничего мы ему не обещали, — лениво заметил я, делая небольшой вираж над нефтеносной равниной.

— Как не обещали? — вскинулся Памплисиодор. — Он же просил! А я всегда стараюсь выполнять человеческие просьбы!

— Он просил «по возможности», — пояснил я. — А возможности у нас не нашлось. Не буду же я перенапрягать метлу… да и себя тоже, ради каких-то несвежих новостей.

К тому же ты сам вроде как торопишься рассказать о случившемся своему магу-учителю. В первую очередь.

Упоминание о маге-профессоре дало свои плоды: Памплисиодор замолчал и уставился вперёд, сжав губы и нахмурив брови.

На самом деле причина моего отказа от посадки была совершенно иная: я не то, чтобы затаил зло на Драгоцена, но его — и всех караванщиков совместное хамство заставили меня так поступить. Мы им, главное, помогли оборониться от химер, а они нас обвинили в сговоре с этими химерами! А у самого Драгоцена хватило наглости после всего ещё и просить нас о каком-то одолжении! В долг не даю! И сам не беру.

Нет, если бы я ехал по нормальной асфальтированной дороге, да с автозаправками на каждом километре, и если бы мне заливали бесплатно столько, сколько пожелаю… я бы, несомненно, рассказал хозяину нефтяных полей о случившемся. Но мы летели! И я восторгался полётом! Да, это, пожалуй, сравнимо с халявным полным баком бензина! Или даже лучше.

Всё это я кратенько пересказал своему попутчику, когда подобрал необходимые аргументы и слова. Он продолжал молчать, но лицо слегка разгладилось. И правильно: морщины рождаются ненужными заботами.

 «А не заняться ли мне картографией здешнего мира? Если её пока ещё не существует?» — подумал я, наблюдая всё то, что успел рассмотреть, проезжая по твёрдой почве, теперь и с высоты птичьего полёта.