Четыре попаданца: И утраченное Сердце Моря

Поэтому от варианта, где мы топаем по «полю», а затем оставляем за собой светящиеся следы как в какой-нибудь игре, где выдаётся задание на поиск по следам, мы решительно отказались. Вдруг здесь действительно обитает кто-нибудь по опаснее травоядных насекомых. Ведь если рассматривать это место именно как игровую локацию это автоматически означает, что и опасные для игрока враги тут обязаны быть.

– Мне кажется или в этом льду кто-то застыл? – Отвлёкся я от дурного воображения и мыслей. На другие мысли и рассматривания местных красот.

– Тебе кажется это обман зрения и иллюзия из-за отражающих особенностей местного чистого льда. – Даже не повернувшись, ответил Артём, продолжив свой путь.

Меж тем перед глазами мелькали действительно странные и невозможные силуэты, расставленные на огромной ледяной стене, как на полотне. Виднелось на этом «полотне» всякое разное и не возможное. То тут, то там мелькают замороженные помеси льва со скорпионом и осла с драконом. Вон застывшая баталия между рыцарями и пикинёрами на манер века так пятнадцатого против высоких воинов в шкурах и топорах.

Про промёрзших динозавров и космический корабль вообще молчу. Вот уж действительно обман зрения. Чего только не бывает. Вот чтобы тут делала эта алюминиевая ложка? Вот и я об этом.

Дальше мы вышли к ответвлённому тоннелю, всё ещё исписанному разросшимся из зала мхом. Музыка, доносящаяся нам в спину, становилась немногим тише, однако сейчас в ней словно улавливались тревожные нотки. Не знаю, как это описать.

Словно улей пчёл в ожидании грозы или вроде подобного. У меня почему-то возникла именно такая ассоциация. Да и моё предчувствие сигнализировала, что неприятности находятся едва ли не за поворотом.

Как оказалось в дальнейшем, не за поворотом и не за вторым, и не на третьей развилке, где нам пришлось спускать ещё на десяток метров глубже в сеть пещер. Освещение вновь вернулось к отметке, равной двум зажжённым лампам в окружении кромешной тьмы. Хотя и ненадолго, ибо через полчаса пути мы увидели знакомое голубовато-синеватое сияние.

Только вместо жужжания спереди доносилась ругань и возня. Учитывая, что вероятность появления у жуков речи и словарика с бранными словечками мы оценили как ноль целых одна десятитысячная, мы приготовились к возможному конфликту и противостояния с гуманоидным противником.

Оценка диспозиции потенциальных противников показала, что вышли мы в небольшой зал, являющийся этаким закутком и тупиком.