Право на жизнь

Но не забывай, завтра мы сменим место обитания. Как только я лёг, Морфей сморил меня. 

***

Я проснулся от кошмара. Смутные образы прошлого терзали меня. Вытерев пот со лба, я посмотрел в окно. За окном начинался рассвет. Предрассветные сумерки были полны тумана.Я встал с кровати и вышел в туалет. Всё - таки туалет незаменим при совместном проживании с противоположным полом в одной комнате. Я зашел в комнату. Виктория нервно озиралась из стороны в сторону, сонно щуря глаза. - Что - то случилось? - спросила она с тревогой в голосе, потирая глаза.

- Нужда малая у меня случилась, - сказал я прямо. Виктория облегченно вздохнула.- Боялась, что я брошу тебя одну и уйду?- Да, - и Виктория понуро повесила голову. Я сел на кровать и посмотрел на Викторию. - Не хотел бы этого рассказывать, но....Я участвовал в военных действиях вплоть до завершения войны с Демонами. И как человек прошедший все круги ада скажу прямо -  не хочу повторения той войны. Она никому не принесла пользы. Виктория кивнула в ответ, соглашаясь с моими словами. - Есть один момент, который очень меня смущает. Ты не назвала причину, почему ты сбежала. Это меня беспокоит. Я хочу знать всё от и до. От этого зависит и моя, и твоя жизнь.Виктория тяжело вздохнула и закрыла глаза.- Два года назад, меня передали Плоуду, как гаранта мира. Примерно год я жила во дворце. Не сказать что плохо. Меня кормили, поили, одевали. Я лечила раненых после сражений людей. Тех, кто уже совсем отчаялся, и был готов принимать помощь даже от меня. После смерти Клауда Первого, меня отправили к Маркизу Мэю. Первые полгода было не плохо. Но затем что - то изменилось. Отношение ко мне стало меняться. И не в лучшую сторону. Последней каплей стало то, что меня накачали и отдали какому - то барону в качестве игрушки на ночь...Голос Виктории задрожал. По щекам медленно покатились слёзы. - Когда я пришла в себя, барон пыхтел на мне и приговаривал: "стоила каждой золотой монеты". Я не выдержала и ударила его несколько раз подсвечником по голове. А затем я сбежала. Викторию мелко трясло. По щекам, ручьями стекали слезы.Я не выдержал, и подсел на край кровати Виктории.- Не держи в себе, плачь, сколько хочешь, - и я притянул её к себе, чтоб она могла выплакаться. Виктория уткнулась лицом мне в грудь и схватилась за рубаху. Она вздрагивала от всхлипов и вновь  рыдала. Наконец, обессиленная она так и уснула, вцепившись в мою рубаху. - Вот и молодец, - похвалил я её и  погладил по голове.