Следствие ведёт Кощей.

- К труду и обороне? Ладно, не забивай этим голову, - потрепал парня по волосам, которые торчали в разные стороны. - Действуем как оговаривали, держись за меня. Ну-с, начнём наше увлекательное путешествие по подземному миру!

Энтузиазма на лице царевича не появилось, как, собственно, и страха, но рукой вцепился в меня как клещ. Да, если я потеряю и второго царского сына, мне точно житья не дадут, придётся за границу бежать.

Туннель как червяк - длинный и узкий. В ушах только наши шаги и отдавались, да натяжное дыхание царевича.

Удивительно, нападать никто не спешил, даже не отсвечивал хотя бы замогильным голосом, что меня и расстроило, и напрягло: в прошлый мой визит меня с ходу пытались зажарить. То ли меня ждёт грандиозный сюрприз, то ли на меня обиделись окончательно.

Туннель неожиданно свернул, впереди немного стало светлее и мы вышли в очередную пещеру-зал. От более сильного источника света мыши над головой запищали, и я только и успел нагнуться сам и нагнуть голову Огнеслава - меховая стая пронеслась над нами задевая крыльями.

Мы погрузились в относительную темноту - на стенах поблёскивали драгоценные камни. Я что, не туда свернул?

- Кощей?.. Кощеюшка! Ты вернулся! - женский, несколько по-девичьи голос, эхом пронёсся по пещере, а я имел честь знать обладательницу этого голоса.

На меня прыгнули, и в то же время зал мягко засиял благодаря камням, разгоняя темноту. Я провëл рукой по светлой волнистой макушке.

- Да-да, я тоже рад тебя видеть, Желя. Ты что, подросла?

- Дразнишься? – женское личико скривилось.

- Ни в коем случае.

Я мягко отстранил её от себя. На самом деле было бы странно, если бы она изменилась, ведь, как говорят, боги не меняются. А Желя была одной из них. Богиня похоронного обряда и плача, вестница мëртвых, сопроводительница душ, богиня печали и рока. Ей самой не нравилась её же работа – слишком добросердечная, - но возиться с душами только что умерших её призвание: сопроводит, всё расскажет и покажет, наставит на путь истинный.

Белокурая и голубоглазая, то смеётся, то рыдает, то здесь, то в Яви, то в Прави – ей везде найдëтся место. Вечно юная и прекрасная.

- Где сестру потеряла? – я постарался спрятать царевича за собой, но его уже приметили и голубые девичьи глаза широко распахнулись. Радует то, что Огнеслава заметила всё же она. Адекватнее будет.