Мальчик-Которого-Нет

Еда оказалась на удивление вкусной и разнообразной. Помня о том, что колдовство требует больше энергии, чем физические нагрузки, я не удивилась, что почти все кругом наполняли тарелки практически с горкой. Даже особо изящные едоки, орудовавшие всеми предложенными приборами, перетягивали к себе не по одному, а по два стейка. А потом добавляли еще по паре-тройке отбивных или куриных ножек. Даже одиннадцатилетки, изящные девушки, что уж говорить про огромных амбалов-старшекурсников.

Я не отставала от других, но успевала посматривать не только в тарелку, но и вокруг.

И у меня появилась возможность и своих софакультетников рассмотреть, и оставшихся преподавателей. Отметив, что наше с Невиллом распределение нарушило равновесие, я принялась осторожненько изучать тех, с кем мне предстоит жить и учиться бок о бок ближайшие годы.

На Слизерин попало целых десять человек. Больше, чем на остальные факультеты. Четыре девочки, если считать меня правильно, и шестеро мальчишек.

Дафна Гринграсс. Белокурая красавица со светло-голубыми глазищами.

Миллисента Булстроуд. Крупненькая брюнетка с удивительно добродушным лицом.

Панси Паркинсон. Тоненькая как веточка брюнетка с очаровательным каре и полным чертиков взглядом желтовато-зеленых глаз.

Блейз Забини. Карие глаза, темная кожа, но черты лица наводили на мысль о чем-то таком то ли итальянском, то ли испанском. Немного подумав, я решила, что больше всего он напоминает мне цыганенка. Ему определенно пошла бы серьга в ухо и алая шелковая рубаха.

Теодор Нотт.

Кареглазый брюнет с не по-детски серьезным лицом.

Ну и мы пятеро: я, Драко, Невилл и мебельный гарнитур «Двое-Из-Ларца».

Такой вот кордебалет. Мне с ними жить и с ними как-то… нет, дружить пока не будем, но вот существовать без конфликтов определенно хочется. А это означает, что мне нужно будет выяснить хотя бы краткую биографию каждого, чтобы где не надо не задеть, а где надо поддержать связную беседу. Чем не первый пункт плана на ближайшее время?

Вторым пунктом в воображаемом плане значился директор.

У этого волшебника была какая-никакая власть над Поттером. И добрый дедушка обязательно попробует этой властью воспользоваться. Настоящая Харолина росла тихим и послушным ребенком, который если и взбунтует, то немного и ненадолго, а по-настоящему против взрослых никогда не пойдет. Такая будет очень просить не отправлять ее к Дурслям снова, но поедет и будет молча страдать у дяди и тети, если ей заявят, что она должна и это для ее блага.

Что ж.