Как я учился в магической школе 5 (Избранный поневоле)

Поэтому далеко в море заплывать не рекомендовалось, но я и не рвался, испытывая какой-то подсознательный, на генетическом уровне, страх перед морской пучиной. Так зайти по пояс, поплавать вдоль берега и обратно.

- Брат Павел, может ещё партеечку?

Мы, с ещё одним отдыхающим, старшим инквизитором Дионидом, что был начальником отдела контрразведки одного из имперских легионов, расположившись на деревянных шезлонгах, неторопливо переставляли фигурки в местном аналоге шахмат.

Очередной раз проиграв, ну не стратег я ни разу, я только вздохнул и отрицательно помотал головой, укладываясь обратно на лежанку и подсовывая под голову руки.

- Прости, брат Дионид, но десятка проигрышей подряд мне на сегодня хватит.

- Да уж, - заметил тот, с лёгкой ехидцей, - не такого ожидалось от потрясателя границ и победителя гномов и вампиров.

Место это, как я уже успел заметить, было привилегированным, обычных инквизиторов тут не наблюдалось, а отдыхающие было от замначальника городских управлений и выше. Многие, кстати, стоило им услышать мою фамилию, тут же принимались поздравлять и, откровенно говоря, с некоторой даже завистью, обсуждать мои подвиги, что мнимые, что реальные - одинаково.

Поморщившись, я буркнул:

- Ну я же уже говорил, моих заслуг там было не так много.

- Да-да, верим-верим, - снова ехидно покивал тот.

Тут послышался хруст гальки за нашими спинами и, обернувшись, я увидел престарелого инквизитора, напрявлявшегося к нам и пару слуг что тащили за почтенным старцем такой же шезлонг.

- Братья, - надтреснутым голосом поздоровался тот и мы согласно кивнули головами.

- Брат Силантий, - приветствуем.

- Что, молодёжь, - развлекаетесь потихоньку? - старец присел рядом, опёрся о трость, что установил между ног на гальку, посмотрел на уходящее вдаль море.

- Есть такое, - ответил Дионид.

- Завидую я вам, - внезапно ответил тот, поблекшими глазами взглянул на меня, посетовал, - сердцем, душою рвался в войска, как вы, вампиров давить. Шутка ли, первый боевой поход за тысячу лет.

Да какой. Ан-нет, возраст уже, тело подводит. Нельзя. Не пускают лекари, в бога душу мать. Почти триста лет небо копчу, всегда верил, ждал, готовился, а осталось только рассказы слушать, да сводки с реляциями. И ведь не остановится Империя, дальше пойдёт, пока последний клочок родной земли у нелюди не вырвем. А мне только сидеть и слушать. Эх, несправедлива судьба, родись я хоть на соточку лет попозже, уж будьте уверены, в первых рядах бы сражался.