Книга пятничных рассказявок. Красный том

Первый шаг на Луне — наш!

Блондинка на третьем этаже

Женька включил музыку в наушниках и вздохнул. Ждать сестру предстояло ещё не меньше часа. И понадобилось ей ехать за покупками в такую жару!

На другой стороне узкой улочки трое дорожных рабочих лениво вылезли на солнцепёк и принялись с помощью мата и отбойного молотка бороться с асфальтом. Полуденная духота наполнилась бодрым «дыр-дыр-дыр». Женька скривился и в очередной раз проклял момент, когда согласился сопровождать Катьку по магазинам.

В доме напротив на балкон третьего этажа вышла блондинка.

Женька с ленивым безразличием начал рассматривать её, чтобы занять себя хоть чем-то. Потыкав в телефон длинным пальцем, девушка приложила его к уху. Неслышно зашевелились губы, свободная рука принялась жестикулировать, помогая хозяйке выразить мысли.

«Подружке звонит, — скучно подумал Женька, — сейчас шмотки обсудят, потом парней, затем на диеты перейдут».

Он перевёл взгляд на неравную схватку рабочего с отбойным молотком. Через пару минут заскучал и снова посмотрел на блондинку.

Та, прикрыв глаза, с улыбкой вещала в трубку.

«Не, это она с парнем. Сюси-пуси и всякое такое».

Блондинка вдруг насупилась, грозно свела брови и стала что-то выговаривать собеседнику.

«Ага, ошибся, товарищ! Сейчас тебе покажут, где раки зимуют».

Девушка, не прекращая хмуриться, принялась рукой показывать фигуры.

«Дорогу объясняет: направо, налево, ещё раз налево, прямо и направо, обогнуть что-то и налево. Ха! А это что было? Прыжок в портал? А теперь прыжок с переворотом?»

Девица, прижав телефон к уху плечом, уже жестикулировала сразу двумя руками.

«Я, видимо, дурак, — Женька, не отрывая взгляда, следил за её движениями, — но так можно показать только заход в хвост на самолёте. То ли я схожу с ума, то ли она. А теперь была атака на вираже. Хотя, может, она — лётчица? С другой стороны, возможно, это она про игру какую-нибудь объясняет? Ну, там, фэнтези, полёты на драконах».

Руки незнакомки по-прежнему не опускались.

Теперь она переставляла невидимое перед собой. Чашки? Тарелки? Шахматные фигуры? Нет, наверное, чашки, в шахматах так не ходят. Вот невидимый нож порезал что-то круглое, и в одну из частей девушка налила воображаемую жидкость.

«Бред какой-то. Ничего не понимаю».

Блондинка, не переставая говорить в телефон, принялась делать патетические жесты, заламывать руки и корчить рожицы — одну печальнее другой.

«Может, ей плохо? Приступ? Да нет, глупости».