Бабье царство. Книга 3. Экспедиция и наследие проклятой королевы

Мы все дружно поднялись в нашу комнату, ввалились и тут же потянулись к насестам, как усталые птицы после долгого перелёта.

— Андрей, ты здесь?! — позвал я товарища, но ответа не последовало, зато Катарина вдруг подняла клинок и неуверенно направила острие в сторону моей кровати, занавешенной балдахином.

Я тоже достал свою полушпагу, так как патроны кончились ещё при стычке с демонами. Вслед нам и Урсула потянулась за оружием, но не за огрызком меча, а за своим двуручником, спрятанным под куском ткани за вешалкой с полотенцами.

Напряглась и Лукреция, выставив перед собой ладонь. На случай, если враг начнёт размахивать клинком, я встал у левой стены, так как правее будет несподручно драться. Кстати, именно с этими соображениями винтовые лестницы в замках были закручены в соответствии с тем, какая у лорда рука основная.

Когда все заняли места, Урсула поддела концом меча плотную ткань и отодвинула в сторону. Я сперва напрягся, а потом с облегчением выдохнул, так как решились сразу две проблемы: и враг не обнаружился, и графиня нашлась.

Да, на кровати, обхватив колени руками и подложив под спину подушку, сидела Клэр.

— Моя госпожа? — тихо позвал я девушку.

Та подняла на меня усталый взгляд покрасневших глаз.

— Юрий, — заговорила графиня, — я устала. Увези меня в лес к нечисти и разбойникам. Там лучше, чем здесь.

— Почему, госпожа?

— Я думала, быть владетельницей — это прекрасно. Сидишь себе на графском троне, приказы алым пером на белой бумаге подписываешь, рядом же прекрасные принцы.

А получается всё по-иному, всё один большой кошмар. Я — словно сучка на случке. Все соседские кобели примчались, все наперебой руку и сердце предлагают, и при этом друг про друга гадости говорят, будто сидят на горшке и тужатся, а не улыбаются.

Клэр всхлипнула и продолжила:

— Я думала, принц будет сидеть на балконе и играть на мандолине, а я по лозе буду залезать к нему под покровом ночи. А это не принцы, это старые плешивые блохастые собаки. Я думала, править графством легко, что все слуги преданны и верны, а они все только и думают, как обмануть да как за спиной гадости придумать.

Юрий, — повысила голос графиня и развернулась на кровати, свесив ноги с края, — неужели, быть полукровкой — это так плохо?! Неужели я не смогу научиться всему тому, что должна знать лордесса? Я ведь не дура. Неужели я не смогу сама найти себе мужа? Я ведь не уродина. Юрий, неужели, я хуже отца?

Сейчас успокаивать графиню, утирая сопли, будет медвежьей услугой.