Ржевский 8

- Ржевский, ты в своём уме? Соображаешь, с кем говоришь? Я - принцесса крови, причём по линии двух Престолов! Мне - в наложницы?! Ты это серьёзно?!

- Мадина говорила, на мой век дур с заниженной самооценкой хватит, - добросовестно пояснил новый знакомый. - Дальше - шут его знает, что будет, но на моё поколение наложниц точно должно хватить, - повторил он. - Мадина умная, в таких вопросах не ошибается.

Какое-то время маргинал хлопал глазами, затем стал серьёзным:

- Не ходи вокруг да около. Говори, чего хотела?

Вообще-то она как раз собиралась перейти к аккуратному прощупыванию возможного союза между родами.

Да, страны разные; да, границы. Но если поставить на всех возможных лошадей и в преддверии местной смуты заручиться поддержкой всех сторон...

Высказать предложение не вышло: тренькнул чужой браслет и в воздухе повисло сообщение.

Елена быстро пробежала глазами: маго-сервер Канцелярии, той самой, официально объявил Ржевского Дмитрия Ивановича вне закона.

- Интересно, а как они себе мой арест в Соте видят? - блондин не то что не смутился, а даже где-то развеселился.

- Тебе не страшно? - спросила герцогиня откровенно.

- Не-а. Погоди, это только начало хаоса.

Браслет тренькнул ещё раз.

- О. А вот один из судов Столицы объявляет решение Августейшей Канцелярии юридически ничтожным! - изумилась Михайлова. - Какой занятный бильярд между вашими структурами начался!

Дверь распахнулась и внутрь влетел Трофим Барсуков, уже в штанах:

- Митька!.. Видал?!...

- Он только первое сообщение прочёл, - быстро пояснила менталистка внуку, вытащив из головы старика причину тревоги.

- Видел, деда, видел, - Дмитрий похлопал ладонью по дивану рядом с собой. - Не парься, всё просчитано. Ещё не конец истории.

- И что дальше? - Трофим Ржевский наморщил лоб, усиленно пытаясь понять подоплёку чужого спокойствия.

- "Если рыщут за твоею непокорной головой...", - запел блондин, вальяжно откидываясь на диванные подушки.

- "...Чтоб петлёй худую шею сделать более худой...". То понятно, - Барсуков продолжил нервничать.

- "Нет надёжнее приюта, спрячься здесь - не пропадёшь, если продан ты кому-то с потрохами ни за грош...". Деда, на период особого положения никакие чины Первой Кавалерийской не подлежат ни следствию, ни суду, иначе как внутреннему трибуналу части.

- А...

- А Совет Города только что акт Реанимации подписал, - Дмитрий пощёлкал ногтем по второму браслету.

Видимо, общался с кем-то по бесшумке, сообразила Елена.