Пуля для полпреда

— Я думаю, — повторил Меркулов, — что вопрос щепетильный, поэтому тот, кто отказывается четко обозначить свою позицию и отделывается общими фразами, стремится перевалить ответственность на подчиненных. Если начистоту.

— Президент просил меня, — с пафосом произнес генеральный, — самым тщательным образом во всем разобраться и решительно оградить имя Вершинина от этой грязи. Ибо он абсолютно убежден, что покойный Вадим Данилович был человеком кристально честным. Это достаточно четкая позиция?!

— Президент абсолютно убежден, но просит нас самым тщательным образом разобраться.

Если это четкая позиция…

— Не передергивайте, — перебил его генеральный, — не надо, Константин Дмитриевич! Президент убежден, что Вершинин был — заметьте: был, — а не оставался кристально честным человеком. Вадим Данилович всю жизнь проработал в столице, а Сибирь — это вам не Москва! — Он недовольно посмотрел на Меркулова. — Что вы мнетесь, как барышня на первом балу, спрашивайте! Я же вижу, что у вас что-то вертится на языке!

— Вы обсуждали с президентом все эти лингвистические нюансы или это ваша личная интерпретация его слов?

Генеральный поднялся, подошел к окну и, повернувшись к Меркулову спиной, произнес с расстановкой:

— Нужно все сделать, во-первых, легально.

Во-вторых, законно. В-третьих, не привлекая, по возможности, ненужного внимания. И, в-четвертых, ненавязчиво.

— Иными словами, нам необходимо расследовать некое связанное с этими слухами дело, чтобы выйти на них случайно и на законных основаниях — соблюдая тайну следствия — не упоминать про них, пока не выясним, кто и с какой целью их распространяет.

А «ненавязчиво» означает, что инициатива расследования должна первоначально исходить не от Генеральной прокуратуры.

Генеральный обернулся:

— С этого надо было и начинать, Константин Дмитриевич! Что же вы мне полчаса голову морочили?! Завтра в девять жду ваших соображений.

6

23 августа. Н. И. Яковлев

Конечно, знать бы, что все так обернется.

Не надо было Грязновых напрягать. Пришел на работу, а работать теперь ни сил, ни желания. Самому надо бы и в колонию ехать, и в Златогорск, самому во всем разбираться. Много ли проку от щеголя Гордеева?

А с другой стороны, может, и будет прок, раз Денис ему доверяет. Может, и будет…

Яковлев решительно прекратил думать о судьбе племянника. В конце концов, в данный момент он для него ничего сделать не может.