Баба Яга - Настоящая

«Ты чего вышел на незащищённой волне? Засекут – и получи вторую порцию. Будь Болт в сознании, он бы отсоветовал. Или хочешь уточнить, кто из орудийных расчётов ловчее?»

«Уговорил. Просто я подстраховался, на этом расстоянии не достанут».

«Эти – нет, другие дотянутся. Которые под землёй прячутся, ты и не заметишь, как вырвется серебристая штука с самонаведением».

Летруж, в отсутствие Генерала, вполне справлялся с обязанностями заместителя, так что его советы (в форме дружеских приказов) принимались к сведению и чаще исполнялись.

«У кого глаза помоложе, тот пусть и приглядывает, остальным отойти и не мозолить глаза. Пусть же будет ясная погода».

– Оставляем район. Кто задержится?

Вызвались двое – Книга и Ливень, обязались периодически делать налёты.

«Московских сфоткайте, свою базу данных пора создавать».

Группа ушла на север, следуя новой карте. Это означало, что воинские части лучше обходить стороной, а их развелось – как сыроежек в сезон. Власть цепляется всеми оставшимися силами, чтобы ещё годик продержаться, выгрести самоцветы, до каких дотянутся руки.

«Парни, я вот задался вопросом. Враг подчищает сокровища, ладно – люди не в курсе, а что бездействует подземный народец, чудь разная?»

«Надо было у Книги спрашивать, он выходил на контакты с чудью».

Чуть помешкав, Летруж сделал запрос, отклика дождался:

«На связи».

«Ты с чудью пересекался. Тревожимся – всё ли у них в порядке? На мой взгляд, бездействуют: ушли в глубины и носа не кажут».

«Не скажи! Постоянно рядом с шахтёрами торчат, помехи создают, компасы портят.

Ну, это в том случае, когда машины подбираются к крупным запасникам самоцветов».

«А-а, тогда приношу извинения. Нам же отсюда не видать результатов. Мы видим только, что спутниками на орбиту переправляются камушки, пусть и не очень много, но обида-то гложет: хорошо в чужом огороде хозяйничать безнаказанно».

Лишь устроилась стая на отрогах Тянь-Шаня, связь пропала.

«Отдых отменяется! Засекли нас».

Горынычи напрасно третировали свои секретные железы, ответственные за чтение мыслей.

Теперь прятаться уже не имело смысла, и Летруж пошёл честить открытым текстом:

– Чтоб вас диарея пробрала, торгаши и работорговцы!

– В чём дело, Летруж? – Молодой Горыныч по прозвищу Соня поднялся на крыло не так давно, за полвека до революции, поэтому всё ещё далёк от понятий насущных, ради чего русы создали Горынычей. Ему покою не дают возможности продолжения рода, гоняется за каждой юбкой, как говорят в народе.