Бармен из Преисподней. Том второй: Ледник в стакане

Не было того напряжения и страха, что витал ранее. Грешники уже не тянули к нам свои руки, будто тоже отдыхая от нескончаемых пыток. Мы шли легко и даже неспешно переговаривались. Свет луны постепенно пропадал. Праздник заканчивался и лес Самоубийц вновь погружался во мрак. Но, как говорил Бафомет, мы должны были успеть к закату.

Вот деревья снова начали расступаться. Почти выйдя из леса Архидемон повернулся к нам.

— Мы пришли, дальше вы сами по себе,— сказал он, медленно растворяясь в воздухе,— присмотрите за Эвелиной, пожалуйста.

— Ха! Кто ещё за кем присмотрит, — сказала Эва, вновь вернув себе уверенный и немного надменный голос,— да за вами самими следить нужно. Но раз вы увязались со мной аж до владений огненных демонов, то так уж и быть, я проведу вас дальше. Узрите же пылающую огненную реку Стикс!

С этими словами она буквально выскочила из лесной чащи и… пройдя ещё несколько шагов остановилась как вкопанная.

— Этого не может быть…— проговорила Саламандра дрожащим голосом.

15

Я аккуратно вышел из-за деревьев. Линия леса в этом месте стояла сплошной стеной, а дальше зелёный ковёр постепенно начинал чернеть и превращаться в пляж. Я прошёл до черноты и потрогал землю. Сажа. Много сажи. А ещё очень горячая земля и запах жжённого камня. Да, несомненно мы должны быть на берегу огненной реки, но почему же я не вижу огня, магмы, или ещё хоть каких-нибудь спецэффектов?

Эвелина стояла на коленях и всматривалась в серое неровное поле, бывшее когда-то потоками раскалённой лавы.

От остывшей породы ещё шёл жар и кое-где видны были прожилки красного свечения, но, судя по всему, великий Стикс закрыл свои врата. Я подошёл к Эвелине. Она застыла на коленях и только всё новые и новые дорожки слёз по испуганно-удивлённому выражению лица говорили, что она до сих пор в сознании.

— Этого не должно быть… — проговорила она, — так не бывает. Река никогда не застывала даже в самые тёмные времена. А сородичи? Что с ними? Что вообще происходит?! Я не понимаю, не понимаю, Сергей!

Если бы я только знал… Но я всего лишь молча поднял саламандру за руку.

Она оказалась очень податливой. Я приобнял её за плечи и пошёл к остывшей реке. Сзади сопел Андрей.

— Сима, — сказал я, — бери брата и вперёд нас, на разведку. Найдите путь, который мы сможем выдержать и не поджариться.

— Не вопрос, братан! — раздалось у меня в голове, — но походу речка совсем остыла. Можете спокойно идти, даже не вспотеете.