Попаданка. Колхоз - дело добровольное

– Но почему?! Почему так несправедливо?! Если вдова – значит грех на тебе, а если вдовец – то жена молодец, а муж будто бы всегда ни при чем?!

Я была так возмущена, что просто не могла сдержать эмоции.

– Малла, ты когда замуж выходила какие клятвы давала, помнишь?

– Конечно, помню! Клянусь любить в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас…

– Очень похоже. У нас мужчины тоже клянутся «беречь пока смерть не разлучит нас», – улыбнулась Салина, – а женщины говорят «беречь до самой смерти».

– Но почему Оракул допускает такое? – я никак не могла успокоиться… королю, значит, можно шестнадцать жен похоронить, и он молодец. А Салина одного похоронила, который еще и ради Гвенара голову сложил, и все? Прокаженная?

– Раз допускает, значит правильно это, – пожали плечами Рыска и Салина, – и мы ничего не можем сделать…

Но я категорически была с этим не согласна. Категорически.

Весь следующий день разговоры в поселении были про поездку.

Несколько вдовушек даже пожелали срочно записаться в колхоз, чтобы получить возможность поехать в город. Даже без трех грот.

Но не зря у нас председатель господин Гририх со своим Даром. Он дамочкам быстренько объяснил политику партии. Мол, сначала работаете, а потом в город. Пытались было вдовушки покивать на колхозниц, которые на прошлое неделе только к нам пришли, но председатель наш тоже не лыком шит. Столько лет комендантом во вдовьем поселении это вам не фунт изюма.

Так что ушли нахалки не солоно хлебавши.

И тогда я поняла, что правильно это. Не надо всех без разбора в колхоз брать. А то вот такие вот хитропопые на чужом горбу в рай выезжать гораздые понабегут… Это нам повезло пока… Хотя… вот я растяпа! До меня же только-только дошло, что председатель наш с самого начала не всех в колхоз брал!

А ведь мне Салина говорила, что у нас в колхозе самые работящие вдовушки собрались. И правда, зачем нам сотня колхозниц, если работать человек семьдесят будут, а остальные баклуши бить? Так что зря я расстраивалась из-за того, что не все вдовы из поселения в наш колхоз вступили.

Радоваться надо было. Это же правильно. Кто хочет работать, тот работает, кто не хочет – тот пусть на печи лежит, да на три грота в месяц живет.

А я же помню, как бабушка моя все на соседку сетовала, мол, ни одного дня не проработала, а пенсию такую же получает, как бабушка моя, которая почти полвека дояркой отработала.