Вой

Тихо трещали свечки, стали просыпаться с писком и шелестом летучие мыши, с едва слышимым посвистыванием пролетая мимо. На храм снизошел покой.

Очнулся от умиротворенной дремы, не мешавшей меж тем молоть языком чушь, Ормгейр резко. Хлопнула особо громко искра одного из светильников.

По храму гулял ветер. Да где только взяться ветру в храме-то, коли все щелки позакупорены предусмотрительной хозяйкой фюльке?

Протер Орм глаза, огляделся да как увидит в сидящую в лодке Агнию! А та зубы соскалила, лукавинки в глаза напустила да томно вздохнула:

- Что, душа моя, Ормгейр, не ждал? А я пришла…

Парень дико затер глаза еще раз, да вот только ложиться обратно в лодку ведьма не спешила.

— Убил ты меня, сокол ты мой ясный, — кротко улыбнулась Агния, но тут же лицо ее исказилось невероятной злобой. — А теперь я тебя заберу С СОБОЙ!

И расхохоталась страшно.

Тут бы Ормгейру руки в ноги да бежать, но он же был парнем не робкого десятка. За ряд статуй спрятался, и нет его.

А Агния прошлась по храму, босыми ножками чуть притаптывая, пощелкала пальчиками, словно костерок по веточкам протрещал, да тихо так пропела что-то.

И едва пропела, тут же Ормгейра увидала, шажочками меленькими приближаться начала, ручки белые протянула. Да ладно просто бы протянула, сразу видно стало, что придушить хочет.

Да тут, назло ей, петухи пропели.

— Ладно, — сонно пробормотала умершая и потянулась. — Завтра тебя заберу. Доброго дня!

Выдохнул облегченно Орм, да из-за статуй вылез. К алтарю на цыпочках подошел и продолжил заговоры читать, словно ничего и не было.

А там вскоре и ярловы люди подоспели, засов отперли да на свободу выпустили.

Едва хлопнула за людьми Кьели дверь, и в храме стихло даже эхо, высунулась из-за статуи Миёлин, Богини Матери, мордочка худенькой девчонки. Она внимательно принюхалась, почесала славный носик свой, что-то в пустоту подпотолочную шепнула, да тут же пропала, будто бы ее и не было.

А за окном занимался новый славный день…

5…стоит отметить, что, скорее всего, ни его старший брат, ни его младшая сестра не заметят даже его пропажи.

Уж на первых порах точно. Во-первых, они слишком заняты, поскольку брат Орма не «хрен с горы», а очень даже правитель государства, а сестра слишком увлечена храмовыми ритуалами. А во-вторых, такая профилактика, как маячащая на горизонте перспектива Орму остаться без головы, благотворна для поэтов.

 6Не надо злых ассоциаций. Ляд — синоним лешему, а чуть позднее черту.