Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

Господа стажёры переглянулись, не скрывая воодушевления.

— Заранее предупреждаю: работать придётся не меньше, чем на хозяйстве.

Срочники только истово закивали в ответ.

Ойжен с Филисом вернулись из города к следующему утру. В лесах снова орали грачи.

— Рассказывай, с чем приехал, — спросил Олясин, когда они вдоволь натаскались тюков и свёртков под недремлющим оком Мабутина и присели отдохнуть за нюшней.

— Овёс, комбикорм и мука, — вдохновенно повёл Филис, загибая пальцы, — яйца, значит, куриные, масло кряпсовое, рыбы здешней, солёной, бочонок.

— Ай-яй-яй, — покачал головой Кэррот, — я-то надеялся, ты нам шмурдоне раздобыл.

— Узнать удалось чего, мы об этом, — не выдержал Костик. — Слышал что-нибудь новое?

— А, — Филис виновато поскрёб в затылке. — Я повозку стерёг да в погрузке участвовал. Потом ел и спал... Ничего не слышал.

— Хорошо. А куда заезжали, где грузились? — не сдавался Констанс.

— На казённые склады, потом на рынок. Нигель свежую жрачку купил. А, волшебника помните? Когда прибыли в Спаду, он с Шугой всё тёрся.

— Юпетус, что ли? — прищурился Кэррот.

— Не, худющий такой, в длинном плаще. Физиономия, будто кислицы объелся. Вот к нему в башню заезжали. За коробками, над которыми Вундель так трясся.

Изваров нахмурился и потёр лоб.

— Шуга ждал некие детекторы. Может, они помогают отслеживать демонические эманации... то есть, демоны где-то скрываются? Странно.

Они помолчали, греясь в лучах весеннего солнца.

— Я, скорей, о вине размышляю, — мечтательно изрёк Кэррот.

— Будет тебе, — просветлев, успокоил друга Костик. — Балобан тут в сараюшке куб перегонный поставил, трав в лесу понабрал... Ну а брагу я видел, они её изначально везли в недурных таких ёмкостях.

— Я о винах — шмурдоне, мурмулё, казибелли, а он самогонку казённую предлагает?

У Констанса во взгляде внезапно зажглось понимание. Он щёлкнул пальцами.

— Парни, помните, наш дружок Гондур Кряпин поставки жратвы предлагал? Только свистните, мол — натаскаем вкуснях! А Тревор его отшил: мол, мы неприхотливые, на сухарях протянем.

— Какая картина? — Филис настороженно разглядывал товарищей.

— Маслом. Кряпсовым, — пояснил Кэррот, смекнув, к чему клонит Констанс. — Наши готовы сухими пайками давиться, но у местных коллег еды не возьмут. Всё сами.

— Вряд ли это армейская гордость, — добавил Изваров.