Самоубийство по заказу

В результате Ирке завязали глаза и, сопровождая свои действия привычными для этой категории правоохранителей хамством, матерщиной, угрозами применения насилия за оказанное сопротивление законным властям, на большее фантазии не хватило, – завезли черт-те куда, на Рублевское шоссе, в Уборы. И там ее несколько часов продержали в сыром подвале «новорусского замка». Для чего? Точнее, ради чего? А для того, чтобы затем хозяин дома и, разумеется, нашей сегодняшней жизни, «отдыхающий» теперь уже на зоне криминальный авторитет и лучший друг некоторых олигархов, некто Митяй Соломатин, порассуждав с Ириной о высоких материях, смог настойчиво предложить ее мужу Александру Борисовичу поразмышлять над тезисом, что лучшая музыка – это тишина.

Он знал старый анекдот, когда двое посетителей ресторана попросили руководителя музыкального ансамбля за хорошие деньги в течение получаса исполнять несколько тактов паузы из произведения классического репертуара.

Этот Митяй прекрасно знал, что Ирина по образованию и по основной своей профессии музыкант, и полагал, что более чем прозрачный его намек следователю, ведущему дело, в котором отовсюду вылезали «уши» Митяя, будет понятен: похититель не шутит, он жестко предупреждает.

Он так, до самого конца, сидя уже и в Славкином кабинете на допросе, продолжал считать и верить, что сыщики еще крепко раскаются в своих действиях. Но откуда в нем жила такая уверенность? А оттого, что мы им сами слишком многое позволяем, приходил к единственно верному выводу Александр Борисович.

Потому они уверены, что и власть наша государственная ими самими поставлена и ими же, главным образом, контролируется. А ведь практика тех, недавних еще лет, показывала: если криминал не остановить, все к тому и придет. И все уже не шло, а неслось, – стремительно и, казалось, бесповоротно. Романтизация уголовщины и бандитизма в обществе дошла до полного абсурда. Это позже весьма популярные ныне артисты, писатели, «киношники» стали кокетливо и сентиментально объяснять публике, что они вовсе не бешеное «бабло» гребли в бесконечных бандитских, «бригадных» сериалах, а всего лишь «пытались» отразить «некоторые приметы смутного времени». Эпоху, видишь ли, оставить людям на память. Забыв при этом о главном нерве любого творчества – совести… Да о своем призвании, в конце концов. Скверно.

Вот и воспитали в целом поколении неуважение, презрение и даже ненависть к вечным и истинным человеческим ценностям и, прежде всего, к чужой жизни.