Самоубийство по заказу

И уж если высшие государственные лица, высшие правительственные чиновники, которые вмиг, что называется, на глазах у изумленной публики, обозначили себя предпринимателями и сколотили миллиардные состояния, требовали, чтобы им «отстегивали» определенный процент за вынесение выпрашиваемых решений и принятие выгодных постановлений, то что же было говорить о фигурах поменьше? Обо всех любителях «мерседесов», «новорусских» замков вдоль Рублевского шоссе, заграничных вилл и многомиллионных счетов в западных банках? А возмущение обнищавшего народа, – как ни ссылайся на всяких Карамзиных, – в массе своей все-таки не приготовленного, не приученного еще к тотальному грабежу и воровству, – его к делам не пришьешь.

Так вот, в этой тяжелейшей атмосфере, когда просто руки опускались, а армейское руководство смотрело на представителей прокуратуры, требовавших неукоснительного соблюдения законности и примерного наказания виновных в разбазаривании государственной, в данном случае – армейской собственности, как на личных врагов, этот самый «упертый» Паромщиков стоял камнем и не поддавался ни просьбам, ни угрозам.

А угрожали не какие-нибудь пешки с разбойничьими ухватками, а сами господа генералы. И физическую силу применяли, и к «стенке» ставили, и клеветой пытались уничтожить. Но ведь, тем не менее, удалось тогда несколько уголовных дел довести до суда. И помешать оправданию. Какие бы мощные силы и в Германии, и в Москве, в так называемом, Арбатском военном округе, ни противостояли прокуратуре. Даже, помнится, пару генералов посадили-таки, – как говорится, не благодаря, а вопреки. Капля в море на фоне «большого базара». И все-таки… Да, было дело, работали рука об руку. Но потом что-то развело. Или – развели? И такой период в жизни Отечества «проходили»…

В любом случае, надо нанести визит. Но только после Федоровского. Высокий начальник должен высказаться по поводу возмутительного факта публикации в Интернете «провокационного» письма. Иначе как же военным понимать, да и принимать, сей факт? Иначе они должны были бы полностью расписаться в своем вранье и абсолютной служебной импотенции.

Естественно, а как же иначе? Небось, главный военный прокурор уже и приличный втык схлопотал от собственного «боевого начальства». Ну, и пошло-покатилось сверху вниз, как снежная лавина в горах.

Конечно, с Федоровским лучше бы встретиться после Комитета солдатских матерей, но – не получится, Костя уже договорился, значит, надо соответствовать.

И вот еще что.