Дебютант и призрак

Большая и широкая серебряная чаша с водой, в которой отражался пруд, на который он пришел буквально час назад. Только сейчас там было совсем не малолюдно. Стояли полицейская машина и «скорая», несколько отдыхающих что-то оживленно рассказывали. В пруду работала пара водолазов.

- А это то, что у вас назвали бы «телевизор», - прошептал из-за плеча Мигуэнци. - Даже звук можно сделать, только выставить точку снятия. Но тебе решить надо - надо ли тебе это. Или все-таки займемся сборами в дорогу.

- А этот ваш телевизор только здесь показывает?

- Можно сместить.

- А может это поможет обратно перенестись? - забросил удочку Андрей.

- Забудь. Такой телевизор маг включал еще давно, когда я был его учеником. И много раз потом. Годами. Оттуда немного таскал неживое. Вот книги. На полке. Туда ничего не мог. Год назад начал пробовать человека. Нам много дел надо делать, потом только тащить.

- Ладно, - Андрей решил что, действительно, вряд ли ему пригодится знать, о чем сейчас говорят у него на родине, и направился к выходу из комнаты.

Но прежде чем он дошел до двери, его остановил Мигуэнци.

- Подожди. Тебе надо понять сначала. Следы не оставляй. Кровью именно. Если магистр очень сильный найдет ее, то тебя найти может, а прятаться от поиска такого ты не умеешь.

- Генетический анализ что ли сделает?

- Не-не, генетический не знают тут. Аурные следы сохраняются до недели.

- А не поздно ли метаться? - Андрей критически посмотрел на пол, залитый водой с кровью его и мага вперемешку, на глубокие трещины в полу.

- Ты это. Вымоешь тут все. Потом. Я остатки ауры крови в щелях отчищу.

- В смысле? - удивился Андрей.

- Я если пройду сквозь кровь, то смешаю все следы. Понять потом нельзя. Это призрак так может.

- Вот и отлично! Бери и чисть тут все. А я пока займусь мародерством, - усмехнулся Андрей.

- Нагл ты чрезмерно, - проворчал призрак, но все-таки, помолчав немного, согласился.

Андрей поднял с кресла чехол, которым, вероятно, ранее был накрыт прибор, с помощью которого маг дернул его в этот мир. С помощью кинжала и крепкого слова за несколько минут соорудил обмотки, которые издалека можно было принять за обувь какого-то древнего человека.

Наконец он вышел за дверь.