Дебютант и призрак

А бог, как эхо от шлепка о первую ступеньку по залу гулять перестало, тихо так со скорбью в голосе добавил: «В первом же абзаце все написано».

- Убил значит, - посочувствовал Андрей. - Суров старик.

- Нет, не убил. Он сразу после этого к залу обратился: «Тут человек умирает. Полный зал мудрецов. Магов и врачей половина». Ну народ кинулся. Откачали.

- Но, наверняка, потом ему это вспоминали остаток жизни...

- Еще как вспоминали! Но не так, как ты подумал. Авторитет у него стал непререкаемый до самой смерти. Он даже в научных дискуссиях участвовать перестал.

Ибо уже не получалось дискуссий. А он все-таки не дурак был. Решил, пусть уж запомнят мудрецом, чем будут в рот смотреть и каждое слово на скрижали. Так глупость какую сморозишь, и с ней попадешь в века. А потомки-то пинок божественный постепенно забудут, а дурость останется. Так вот, тогда все посовещались и пришли к выводу, что бог его отметил, потому и пнул аккуратно, чтобы все ступеньки не пересчитал. Тогда бы может уже и не откачали даже сильнейшие маги. А мог и вообще убить посохом по башке. Так что бога этого, кроме мудрого еще и добрым величать стали. Ну и старца, им отмеченного, почитали. Его хитон с отпечатком сандалии до сих пор в крупнейшем университете в реликварии хранится.

- Откуда же отпечаток-то? От чистейшей сандалии-то?

- У-у-у. Это отдельная тема. Сам дед уже старый был. Волновался, потел. От нагрузки ткань прилипла к коже, потом кровью испачкалась. Короче, отпечаток довольно заметен на оттенках кровавого пятна.

- Сурово, - хмыкнул Андрей.

- А что за бог? Мудрости понятно. Как зовут его?

- Не помню, - смутился призрак. - Как то не отложилось в голове. Да и помер он давно.

- Да я же про бога!

- И я про него. Он помер довольно скоро после того события. По божественным меркам, само собой.

- А что так? Ему не дОлжно было пинаться? Типа, «не по-мудрому»?

- Да нет. Просто старый был. Боги тоже не вечны. Новый сейчас вместо него. А насчет «дОлжно - недОлжно» не сомневайся. В своем храме, да своей пастве, да когда есть за что.

В своем праве был, короче.

За теологической дискуссией Дубов не терял времени. Подвесил к крюку потолочной лампы бурдюк с теплой водой, сам встал в таз и приступил к помывке. Призрак деликатно пялился в темное окно, и обсуждение продолжилось:

- А ты откуда всю эту историю так подробно знаешь?

- Я, как и многие студенты, сильно одно время этой книжкой увлекался. Она немудрено называется - «О старших богах». А этот эпизод в нескольких книгах упоминается.