Чародей из Дубравки

Егор чуть не болтнул, что бессмертный и так часто в последнее время стал видеться.

- Ну, ба-а. Интересно же, – гнусаво заныл Егорка. – И когда ещё говорить? Ты дома к ночи только и появляешься.

- Чего там интересного-то, – снисходительно пробубнила бабуля.

- Откуда у Кощея сила такая?

- Какая - такая?

- Ну, … волшебная, – Егор не мог подобрать слов. – Непобедимая.

- Непобедимая, – усмехнулась в темноте бабуля. – Победили же.

- Это он оттого, что старый такой столько силы накопил?

Бабуля Ягодка затихла. Егор хотел уже окликнуть её.

- Это, милай, – вдруг заговорила она. – Только у дубов, или у других деревьев сила с годами прибывает. А у людей наоборот. К старости тело дряблое, да ум ветшает.

- Но, Кощей же колдун, – сказал Егор.

Бабуля заворочалась на печи.

- Не. Не колдун он, – негромко сказала она.

- Чего? – не понял мальчишка.

- Не колдун он, – громче повторила бабуля Ягодка. – Не было у него дара колдовать.

- Как же?… - растерялся Егор. – Ты же говорила,... а как же?... его же боялись все.

- Перстень у него был волшебный – это да. Он силу в Кощея и вливал. Слова бессмертный знал злые, клятые. Знал и добрые, но боялись все злых. А слова эти мог любой выучить и, если, ещё и перстень этот оденет, то будет второй Кощей. Помоложе только.

Егор не знал, что сказать. Перед глазами стояло видение, как Кощей швырнул перстень Антону богатырю.

- А он же… Кощей… он бессмертный? – уже с сомнением спросил Егорка.

- Это - да. Такой дар у него был, – скрипнула бабуля.

- Ничего не понимаю, – вздохнул мальчик.

– Был, не был. Это, что, не колдовство что ли?

- Не путай дар и чудо, милай.

- Да как не путать?! Если я ничего и не понимаю.

- Ну,… вот возьми муху, к примеру, – бабуля опять заскрипела на печи.

- Ну?

- Летает, жужжит, и спать мешает. Муха и муха. А если человек возьмёт и полетит? Вот чудо-то будет. Так вот - для мухи это дар, дело привычное. А человек без колдовства от земли не оторвётся.

- А-а, – протянул Егор, так особо и не поняв.

- Все человеки каким-нибудь даром обладают.

Вот, булочник Никита – кто такие пироги сможет смастерить? Или папаня твой, Ванька, – молотом такие чудеса творит из железа. А есть люди, иным даром обладают – волшебным. Кто птиц и зверей понимает.

- Как ты? – спросил Егор.

- Ну, да, как я. Кто лечить словом или взглядом одарён. А кто и вовсе чудеса творит. Вот этих чудодеев и называют колдунами, да волшебниками. И оттого, что эти колдуны творят, люди и решают - добрые они, или не очень.