Пастырь из Архарита.

– Принеси мне жертвы! Желаю отведать на вкус их неразумные головы.

- Никак не возможно! – Пятясь, пролепетал воитель. – Это сильное воинство, с опытными командирами, и оно неудержимо по всему фронту. Еще день, и враги будут у подножья вашей благословенной обители.

- Даже так? – Невольно скривился правитель, с трудом шевеля оплывшими ленью мозгами. – Ну, ладно, сейчас они получат сюрприз. Вон видишь ларь у порога? Это адские игрушки! Забирай, и кидайте их в проходимцев, они все взорвутся, и на этом делу конец! А тех, кто останется цел, вязать и ко мне на ужин.

Изголодался я что-то за последние дни, да и отощал крепко, одни кожа и кость! – Выразительно буркнул он, с немалым трудом оттягивая складки копившегося десятилетиями жира.

- Мой повелитель, но это всего лишь сгнивший прах! – Испуганно пискнул офицер, пристально вглядываясь в содержание ящика.

- Не рассуждать! – Рявкнул Хуур, треснув костяшками оплывшего кулака по жертвенному блюду.

– Бери и швыряй, как велено! А которые, не взорвутся, обратно неси, там ещё толика мяса осталась. Вечером, доложишь о результатах. Всё, пошёл, пошёл!....

Схватив мерзостный ящик бедный полководец, выскочил из вонявшей жутким смрадом пещеры, словно блудливый пёс. А спустя трое суток к подножию Одинокой пещеры, заявились южане. Изрядно потрёпанные, но, всё же, непобеждённые.

Несмотря на всеобщую занятость и чудовищную лень Владыки, бомбочки удались на славу, и будь у подопечных Хуура минимальный дар к военному ремеслу, всё могло случиться иначе.

Но вконец обленившееся воинство, пошвыряв адскую смесь в чрево противника, прямо на поле боя устроилось отмечать полную и несокрушимую победу, за что и поплатилось ценою многих свобод и жизней.

В пещере Владыки.

- Ну и вонища у тебя приятель! – Усмехнулся главный вражеский генерал, и его заплывшие злобой глазки, сально блеснули в свете коптящего факела.

– Что же ты, где спишь, там и гадишь, не удосуживаясь даже толком скинуть штаны?

- Ты хто? – Встрепенулся Хуур, слегка опьяневшей от крови. – Где мой первый министр? Гемурра покличь!

- Я теперь и первый министр, и царь, и бог, - гаденько хохотнул гость, - а ты, стало быть, раб, готовый по первому слову лизать подошвы моих грязных штиблет. Н-у-у-у, или, что я там тебе предложу. – Полководец вновь рассмеялся собственной шутке.