"Ключ от города"

- Юноша, давайте не будем осуждать старого усталого мага, потерявшего рассудок при виде своей первой любви! Кто же виноват, что все эти представительницы прекрасного пола столь наивны, что любят ушами и принимают за чистую монету каждое сказанное нами слово. Я думал, что наша встреча с Фаридой останется лишь чудесным воспоминанием. Но эта женщина решила иначе. И не далее как сегодня утром, она прислала мне это письмо.

Адельмус взмахнул рукой и достал из рукава халата отливающий золотом лист бумаги.

По нему быстро бежали причудливые буквы арабской вязи.

- Перевожу, - обреченно произнес маг. – «О, властелин моего сердца!!! О, несравненный шербет, моей умирающей от жажды любви души! Адельмус, светоч мудрости и могучий тигр моих ночных грез! Я помню каждое твое слово, как роза пустыни помнит капли живительного дождя. Ты прав, нам не жить друг без друга! Поэтому сегодня я покидаю родной Джиннистан, дабы воссоединиться с тобой, о, вторая половинка мандарина моего сердца! Жди меня, о, мой господин, ибо я уже лечу к тебе на крыльях любви.

Твоя нежная газель Фарида. Постскриптум. Безумно люблю тебя, мой Адик!»

- Последнее слово – это то, что ждет меня рядом с этой неистовой женщиной, - мрачно пояснил волшебник.

Глава 15. Недостаток продуктов питания дает пищу для размышления…

На протяжении чтения безумного послания, Саймон отчаянно боролся с подступающим нервным смехом. Тетка Судьба в очередной раз выказала свое нестандартное чувство юмора.

И чародей, так недавно расписывающий юноше преимущества женитьбы, сам теперь отчаянно боялся и не хотел связывать себя узами с прежней подружкой.

Откашлявшись, чтобы скрыть прорвавшееся «хи-хи», бургомистр нахмурился и серьезно произнес:

- Но почему так трагично, господин маг? Вы же сами мне сказали, что ваша знакомая полна невероятных достоинств. Что же плохого в том, если в вашем доме поселится любящая женщина? Кстати, не вы ли вчера упорно твердили, что взрослый мужчина без жены - все равно что капитан без корабля?

Последняя фраза прозвучала несколько ехидно, но волшебник не обратил на это внимания.

Горестно покивав в ответ на слова Саймона, он тихо произнес:

- Ах, юноша, моя Фарида – могла бы стать женой, о которой можно только мечтать. Но вся беда в том, что для восточной женщины она чересчур активна. Свет еще не видывал столь увлекающейся натуры!

- Это как?! – изумился юноша.