Сегодня ты, а завтра…

– А что?

– Я тебе пришлю своего человека. Как и обещал. На подмогу.

– Кого это?

– Увидишь. Старший лейтенант Кот.

– Ну и фамилия!

– А что? Для милиционера самая подходящая.

Когда я выходил, увидел на полу несколько бумажек. Это были счета за телефонные переговоры. Я сунул бумажки в карман и поехал в Думу.

Однако и тут меня ждала неудача. Когда я поднялся в кабинет Филимонова и сорвал наложенные вчера, сразу после убийства, печати, то застал почти такую же картину, как и в офисе. Девственно чистые шкафы и ящики, ни одной живой души.

Видно, и здесь кто-то поработал… Погодите, но тогда получается, что этот кто-то изъял все бумаги сразу после убийства. В течение получаса или, предположим, минут сорока, которые прошли между убийством и моментом наложения печатей.

Никого из бывших помощников или людей, хоть как-то связанных с Филимоновым, я не нашел. Как и вообще кого-либо. Я было хотел разыскать заведующего административно-хозяйственным отделом, но его на месте не было… Короче говоря, несолоно хлебавши я поехал в прокуратуру.

После того как моя коллега-следователь Лиля Федотова вышла замуж и уволилась из прокуратуры, второй стол в моем кабинете пустует. Не то чтобы я скучал по Лиле – с ней у меня случилась парочка эпизодов, о которых хочется поскорее забыть. Но иногда я, глядя на этот стол, вспоминаю ее язвительные замечания, ее короткие юбки, которые иногда можно было назвать полным отсутствием таковых, а главное – ту иногда очень ценную помощь, которую она оказывала мне.

Конечно, это мечта каждой женщины – выскочить замуж повыгоднее и устроиться поудобнее под теплым крылышком. Это естественное желание. Но иногда бывает очень жалко. Такие кадры теряем…

И вот представьте себе, захожу я, значит, в свой кабинет, а за бывшим столом Лили Федотовой сидит девушка. Симпатичная такая блондиночка в очках и со скромно зачесанными назад волосами. Причем мне показалось, что я ее уже где-то видел.

Как только я вошел, она зыркнула на меня как-то очень строго и вытянулась в струнку.

Встала по стойке «смирно».

Да, забыл сказать, одета она была в мышиную милицейскую форму.

– Вот те раз, – говорю, – уж не натворил ли я чего лишнего, если ко мне милиция без приглашения пожаловала?

Хоть бы улыбнулась, что ли. Смотрит сквозь свои стеклышки, как будто Устав караульной службы изучает.

– Старший лейтенант Кот, – произнесла она без каких-либо заметных интонаций, – прибыла в ваше распоряжение.

Ага, все понял.