Заступнички

- Проспал я, - недовольно басил парень.

- Как это? Разве нас не будут кормить перед выездом? Но в договоре написано… – искренне удивилась Петрушка, а Пакс, услышав это заявление, затрясся в беззвучном смехе.

- В таком случае, - приторно ласковым голосом перебила Лара: - у меня для вас первый приказ.

Петрушка и Алёша в предвкушении скорого завтрака заулыбались, а командир уже без ласки в голосе гаркнула:

- Сесть на коней и скакать до самого обеда.

Улыбки как-то сразу сникли.

Не прошло и часа, как утренний морозец сменился туманом, а затем и вовсе мелкой, противно лезущей под воротник моросью.

Небо затянуло тяжелыми осенними тучами, которые и не думали расходиться. Лара, Пакс и Алёшка под толстыми кожаными плащами почти не замечали падающей на них сырости, а вот Надя свое первое рабочее утро возненавидела.

Тонкая темно-зеленая накидка, предназначенная для защиты от ветра и дождя, работала совсем наоборот, магнитом притягивая к себе влагу и пропуская пронизывающий до костей ветер. Полностью напитавшись водой, она мокрой тряпкой лупила по спине.

Зубы предательски стучали. Кожа от насквозь промокших штанов и рубахи начинала подозрительно чесаться.

- Может быть, поделиться с нашей крошкой плащом? – тихо спросил у Черёмухиной Пакс.

- Не вздумай, - не отвлекаясь от раскрытой карты, покрытой абрикосовой смолой, отвечала Лара, - пусть учится на своих ошибках и избавляет голову от библиотечной чуши!

- Заболеет ведь, - обернулся на хлюпающую носом Наденьку оборотень.

- Я всё сказала, - отрезала командир.

- Зря ты так, потом ведь сама её горячечную на себе потащишь.

- Она ослушалась моего приказа, - уперлась Лара, - я не собираюсь прощать подобное.

- Послушай, - наставительно начал Пакс: - у нас не получится нормальной команды, если ты с первых дней настроишь всех против себя.

- У нас? Пакс, а не много ли ты на себя берешь?

- У Чертополоха ты тоже вела себя как упрямая ослица? А я-то думал, чего он так взъелся на девку…- обиделся оборотень и погнал лошадь вперед.

Лару слова Николы задели. Нет, она никогда не упрямилась, стараясь в точности выполнять приказы, даже протоколы сама заполняла, корпя над бумагами, пока остальные веселились за общим столом. Все дело в том, что Марк никогда видел разницы между друзьями и подчинёнными, а для неё, чей отец до самой гибели был во главе личной княжеской сотни, такое поведение было диким.

Однако, если с первого же задания она привезет окоченевший труп Петрушки - этого не простят.