Пепел в поисках смерти

Получается, что только я видела в нем какие-то несуществующие качества.

Нет, это все неправда. Тим был добрым и милым, когда он с улыбкой смотрел на меня на его щеках, появлялись ямочки. Когда он меня обнимал, то обязательно целовал в макушку, вызывая целые толпы мурашек. Он всегда старался показать, что прислушивается ко мне и ему важно мое мнение. Даже когда он утаивал какую-либо информацию, это не выглядело пренебрежением к моей персоне.

Для того чтобы выглядеть сильным и способным меня защитить, Тим за одну ночь повзрослел.

Он тогда сказал, что всегда выглядит так, как ему будет более комфортно. Но ведь именно ради меня он тогда изменился! Знающая за несколько тысячелетий не смогла спровоцировать его на это.

А еще он говорил, что ему не важно будем ли мы сидеть на месте или путешествовать по осколкам Амалтеи, главное быть рядом! Он не врал тогда, я это чувствую! Тим не обманывал, когда говорил, что ему не нужны приключения если меня не будет рядом. Я просто обязана выяснить что с ним случилось!

Раздался дружный восторженный вздох и я, смахнув слезы уставилась на новоиспеченных супругов.

Оказывается, пока я страдала о неразделенной любви к Тиму, церемония подошла к концу и началось самое интересное. Даже сидящий рядом со мной Дробс восхищенно замер, наблюдая за рождением новой богини.

Между Айей и Ливом держащимися за руки начали пробегать светящиеся искры закручиваясь в невообразимые спирали, схлопываясь и обдавая молодоженов золотой пыльцой. От рук жениха медленно стал подниматься столпом яркий свет, бьющий в самое небо, все выше и ярче.

Когда свечение стало невероятно сильным, луч лопнул как мыльный пузырь осыпав блестками света невесту бога. Засияв как новогодняя елка Айя, на несколько секунд пропала из моего поля зрения. На столько сильным оказалось накрывшее ее сияние.

Когда фигуру девушки снова можно было разглядеть без боли в слезящихся глазах, я изумленно выдохнула. Золотые волосы молодой женщины окрасились в иссиня черный цвет, точно такой же которым я наградила ее дочь после того как нечаянно избрала жрицей богини смерти.

Лив и Айя все так же стояли друг на против друга, подчеркивая появившийся между ними контраст. Он весь светлый, искрящийся в лучах солнца, и она темная, окутанная шлейфом рваного тумана.

— Богиня смерти? — почему-то у меня уточнил Дробс в изумлении приподняв изумрудные брови.

— Ну да, нуда… Пошла я нафиг. — никому конкретно не обращаясь процедила я.