Шоу для богатых

– Турецкий, в чем дело, – резко перебила его Ира, – что с тобой происходит? Ты мной не интересуешься уже месяц, ну ты понимаешь, о чем я говорю!

От неожиданности «важняк» растерялся.

– Ира, ну что ты говоришь, я очень тебя люблю, но понимаешь. Я ведь уже не тот пацан, который был готов в любой момент. Работа такая. Я вот тут с ребятами разговаривал, у всех такие же проблемы.

– Мне наплевать на всех! – и тут Ирину осенило, – упаковка с огоньком!

Она вспомнила, как пару месяцев назад разговаривала со своей одногруппницей Татьяной, у мужа которой одно время вообще ничего не получалось.

Татьяна плакалась, что Славка жутко психует, постоянно срывается, да и вообще они разводиться собираются. Ирина уже стала присматривать подруге нового жениха, и тут Татьяна спустя какое-то время огорошила, мол, они со Славкой только что в Турции отдыхали, провели второй медовый месяц. А все благодаря левитре. Это уникальный препарат, захлебывалась от восторга счастливая Танюшка, надежный. Действует сразу, да с таким эффектом, что, мол, Славка и в молодости такого не вытворял, тараторила радостным голосом подруга. Еще и с алкоголем совместим, что на отдыхе ну просто необходимо. А купить его в аптеке вообще элементарно: спросить упаковку с огоньком.

Все это Ирина, смущаясь, рассказала оторопелому Турецкому. Он сначала отнекивался, но пару дней спустя Ирина увидела приметную коробочку в сумке у любимого. Да-а-а, вот уж действительно, такого огня у них не бывало давно.

От воспоминаний Ирина даже раскраснелась и поспешила скинуть ненужные сейчас мысли.

В общем-то, с этим клиентом все было понятно, и пора было завершать разговор.

– Ну так что, вы еще не раздумали поручать нам это дело? Или все-таки оставите в милиции заявление?

При слове «милиция», которое, видимо, у него ассоциировалось со словами «участковый», «адвокат», «суд» и «судья», зрачки Крупенина потемнели и он хрипло произнес:

– Я, кажется, уже извинился перед вами, так что не будем возвращаться к прошлому.

– Хорошо, – согласилась с ним Ирина Генри-ховна, – не будем, так не будем.

Но в таком случае…

– Да, но ведь я еще ничего не рассказал вам о сыне, – вскинулся Крупенин. – А вы сами только что сказали, что вам необходимо знать буквально все, что касается моего Стаса. Или… или вам уже…

Теперь уже в его голосе звучали нотки откровенной растерянности, непонимания и обиды. Он, мол, уже готов раскрыться, а его в этот момент «фэйсом» о «тэйбл». Нехорошо как-то получается.