Р.Ш. - сыскарь

Мы не понимаем откуда у него деньги то берутся: нигде не работает, ничего не делает, неудачник...

У меня были мысли по этому поводу, о данной шутке “пары старых друзей» мне рассказывали в Академии Логикума при обучении на второй год студенчества. Посмотрим, верно ли я понимаю ситуацию.

Зашли в весёлый кабачок с мясным, густым запахом жаркого и копчёностей, пивным стуком деревянных кружек и Жизель усадила нас за стол, в паре мест от того стола где у стены, за крохотной столешницей вмонтированной в саму стену, сидело двое моих ровесников: высокий парень-крысолов в известной одежде с шляпой, короткой кожаной курткой и тёмных штанах и его друг, одетый в зеленоватые цвета и смешную длинную рубаху из шерсти с капюшоном, скорее всего это и был друид.

Глава 6: По следу!

Посидели немного. Заказали, у разбитной загорелой девахи официантки с кукурузной улыбкой - миски с куриным бульоном, с клёцками и зеленью. Шарику косточку, с мясом и кровью.

Парочка, нас интересовавшая, вела себя обыкновенно - как старые кореша за выпивоном.

Хлопали друг друга по плечу, ржали, рассказывая перебивали товарища без обид и снова ржали, после очередного пенного глотка. Скукота.

Мы уже доели наши блюда и я решил немного изменить диспозицию:”Жизель!”

--Что? - девушка тут же обернулась ко мне, перестав с интересом рассматривать высоченного сорокалетнего оруженосца, пришедшего в наливайку в бригантине и при коротком палаше.

--Нет смысла на этих двух пялиться.

--Щас...

--Да-да, сейчас. - подтвердил я предположения собаки. Глуховат он что ли?

--Ща-ас... - твёрдо повторил Шарик.

Ах вот оно что. Бунт? Не потерплю возражений при отдаче распоряжений. Или потерплю?

--Тогда так: снимаю тебя с довольствия! - твёрдым громким шёпотом сказал я куда то в сторону своих сапог, где сейчас грыз кость Шарик.

Пробегавшая мимо официантка сперва удивилась, но потом прыснула от смеха решив что "барин от бульону упилися".

Те, кто уже на самом деле были пьяны вокруг нас, решили что это я со своим гульфиком разговариваю и лишь многозначительно покачали головами.

Пёс ощерился, но не сильно зло, а скорее для вида. Я, как бы случайно, стал напоминать утренний разговор с тётушкой Лианной-Удовикой и её фразы о Шарике.

--Или с нами - или никому не нужен!

--Чего изволите, “господин”? - с явным ехидством раздалось у моих ног, но очень негромко.