Сибирский спрут

 — Он мне всех говнюков-подельников назвал. Я еще с ними разберусь. Они мою Лену второй раз убили, гады!

По лицу младшего Расторгуева покатились слезы.

— Мы их найдем. Обязательно найдем, — пообещал Василий, обнимая брата. — А сейчас идем со мной. Идем.

Кирилл послушно отшвырнул половник, обхватил брата за шею и дал себя увести.

— Андрей, убери тут, — проходя мимо водителя, распорядился Василий.

Хорошенькое дело — убери…

Андрей заставлял себя не смотреть в лицо еще живого Костыля. Особенно страшен был агонизирующий взгляд.

Чтобы не видеть этих глаз, Андрей накинул на голову жертвы тот же черный мешок, в котором полчаса назад еще совсем живой Костя-Костыль прибыл в дом Расторгуевых.

Вместе с телохранителем Василия тело Костыля завернули в войлочное ковровое покрытие, вынесли во двор и погрузили в багажник машины.

Андрей сел за руль и поехал куда глаза глядят. Отъехав подальше от поселка, он свернул в лес и бросил Костыля под мостом у железнодорожного переезда.

Возвращаться к Расторгуевым ему расхотелось.

Как он ни старался отогнать от себя кошмарный образ, но перед его глазами так и застыло лицо Костыля — кроваво-черное месиво на месте сожженного рта, сквозь ошметки обугленных тканей видна кость и оскал зубов… И два живых, сверлящих безумным взглядом глаза…

Обозреватель независимой телекомпании АТН Эдуард Худяков работал дома, когда к нему подошел его сын, семнадцатилетний студент журфака, и со словами: «Па! У меня сенсационный материал про грабителей могил!» — выложил на стол пачку цветных фотографий.

Худяков нахмурился.

— Откуда это у тебя? — спросил он, профессиональным жестом тасуя на столе снимки и откладывая в сторону самые удачные.

— Сам снял, — похвастался сын.

— Да? Хороший кадр, — похвалил Худяков, постучав пальцем по глянцевому листу одной фотографии. — Где снял?

— На Николаевском кладбище.

— Угу, — ответил отец, перебирая снимки. — А как ты с ними договорился?

— Тайна фирмы, — самодовольно ответил сын. — Пообещал их лица закрыть черными квадратиками.

— Знакомые твои, что ли? — с полунамека понял отец.

— Да, в одной школе учились.

— Хорошими делами нынче школьники занимаются! Раньше металлолом собирали, теперь кладбища обворовывают… Репортаж хочешь сделать?

— Вообще-то я надеялся… А можно на твоем канале в вечерних новостях? Или в криминальной хронике?

Худяков-отец минуту думал.

— Черновик репортажа покажи.

Сын протянул ему два тетрадных листка с текстом.