Пелять и простипома

И что это за глупость с Великим Каганом?

Кардинал недоумённо пожал плечами:

– Почему глупость? Моим слугам это обращение привычнее, вот и всё. А хомяк сбежал, выглядел полудохлым, а только я отвернулся – он и сбежал. Такая вот незадача, – развёл руками Ришелье, нервно поглядывая в небо.

Кащей раздражённо дернул щекой, но тут крысы приволокли и бросили к его ногам Василису. Израненная кошка лежала и шипела, с ненавистью глядя на Кащея.

– Вот и прекрасно! – Кащей придя в превосходное состояние духа довольно ощерился глядя на Василису.

– С тобой я потом поговорю, – кинул он Кардиналу, – А сейчас продолжим! – И достал из кармана фотокарточку.

Дальше события понеслись вскачь. Ришелье бросив внимательный взгляд вверх подмигнул рыжему коту. Тот кивнул и переглянувшись со своей белой подружкой вцепились в руки Кащея обдирая их в кровь когтями и зубами. Кащей завопил и принялся отдирать от себя взбесившихся кошек, уронив карточку. Кот Василий кинулася к ней, но Кардинал стоял ближе и успел схватить фотографию.

Терзавшие руки Кащея звери отцепились от него и зашипели. Кащей попытался взмахнуть руками и что то сказать, но руку перехватил Ришелье и вытащив платок стал вытирать кровь, приговаривая:

– О мон шер! Что приключилось с этими неблагодарными зверями? Они будут наказаны! - И отступил, оставив платок и карточку при себе.Кащей, не обращая внимания на Ришелье, бешеное вращая глазами завопил:

– Да я сейчас этих тварей…В этот момент Митрич завершил свой затяжной прыжок, приземлившись на плечо Кащея.

Тот непроизвольно дернулся, но хомяк кинулся к обнаженной шее и укусил её до крови и завопил:

– Пелять и простипома!

Окружающая их толпа с удивлением увидела как маленький хомяк превращается в человека, а грозный Кащей в маленького хомяка. Через несколько секунд на земле лежал голый Митрич, а на нем сидел хомяк. Василиса с диким мявом прыгнула на грудь Митрича и перекусила хребет грызуну. Митрич сел и прижал к себе кошку, которая держала в пасти безжизненное тельце хомяка.

Ришелье со странной улыбкой пятился к крыльцу под защиту своих абреков, держа в руках окровавленный платок и фотокарточку. К его ногам жались рыжий кот и белая кошка. Баба-Яга решительно двинулась к Кардиналу.

– А ну отдавай карточку, колдун! – Воскликнула она, грозно потрясая метлой.

Боров захрюкав двинулся к абрекам не сводя с них пристального взгляда, в котором плескалась первородная ненависть. Абреки слегка попятились назад, оставляя Кардинала впереди себя.