Иван-дурак в наше время. По мотивам народных сказок

Нельзя имя без спроса использовать. Ивана немного побили, в компенсацию морального ущерба братве отобрали «Мерседес» и посадили на три дня в подпол размышлять, ка к жить дальше. Сидя там Иван вновь с тоской думал о лыжах, но уже вне связи с горным курортом. Он был согласен и на тайгу. Отведенный срок Иван не досидел. Серому позвонил Кощей и попросил предоставить Ивана как свидетеля (пока) в деле о контрабанде. Серый его из подпола достал, в бане помыл и передал Кощею под договоренность о совместной работе над Иваном.

От Кощея Иван узнал следующее. Ипполит Матвеевич перед отправкой купленного Корейко и застрахованного Иваном металла украл его из вагонов и поджог. Металл оказался не настоящий и сгорел. Таможня возбудила дело: что это было, не наркотики ли? Киса на первом же допросе достал справку из дурдома, застучал зубами и пустил пену изо рта. Сообщил, что он Милтон Фридмен, а Гайдапр с Чубайсом его ученики. Его увезли в дурдом долечивать. Базилио, который продал металл завопил: подменили! И предъявил документы что у него был именно металл, а не наркотики.

Все сходилось на Иване.

Долго ли коротко ли сидел Иван на нарах и думу думал, да только ничего путного ему в голову не приходило. Кинули, супостаты. Кругом кинули! Камеру ему Кощей отвел самую что ни на есть паскудную, тосковать по воле особо заставлявшую: тюрьма на горе, над речкой в соснах, окошечко в клетку прямиком на пляж смотрит. Народ купается, в мячи к играет, пивко пьет. Смотрел Иван в это окно свободы и долги считал.

Аккурат двадцать миллиардов. Плюс счетчик, который Илья с Серым запустили. Это еще почти столько же, и все щелкает. Кид-банк совсем сдулся, когда полиция в его офис пришла там только телефон и нашли. Металла нет, весь сгорел, вместо него пятьсот тонн наркотиков на Ивана следователь вешает. «Алису бы найти, – Иван мечтает, – прибыль с немецких сарделек, мне обещала большую. Помечтал-помечтал, вспомнил, что он теперь не такой дурак как раньше и надежду оставил. Понял, и лиса со всеми заодно. Сидит Иван неделю, две, а следователь про него и не вспоминает.

Только Василиса весточку прислала: не кручинься, Иванушка, утро вечера мудренее, разберемся. Ну да, не кручинься...

Адвокат явился, Корней, тот самый, которого все знают.

Зря ты меня тогда не послушал Иван. Дело твое совсем дрянь. Смотри сам. Наркотики раз, мошенничество в особо крупных два... Налоги с двадцати миллиардов не уплачены три, да еще секретарша.