Слепая любовь

Случайно вот пересеклись... Те же проблемы, что и у нас с тобой. У нас – Нинка, а у профессора – Юля. Вот и обсуждаем... Извините, Семен Викторович, Ир, а ты, может быть, еще чего-нибудь, да поедем?

– Я бы кофейку хорошего, если можно, а то губы... – она подвигала губами, осторожно облизывая их кончиком языка. – Даже помада не смягчает. И как я теперь буду?..

– Что, мужа целовать? – быстро нашелся Турецкий.

Ирина усмехнулась с таинственным видом и с сомнением покачала головой:

– Возможно.

.. и это тоже.

– Я научу, – засмеялся Турецкий и махнул рукой официанту. Тот вмиг подошел. – Будьте любезны, парочку крепкого кофе. А вы, Семен Викторович? Я смотрю, пиво у вас не идет.

Осипов взглянул на свою кружку как на что-то постороннее и абсолютно лишнее и кивнул. Турецкий показал официанту три пальца.

– Извини, Ириш, мы закончим?

– Ради бога, ради бога...

– Кстати, и твой совет может понадобиться. Она у меня, Семен Викторович, серьезный психолог.

Говорю без всякого снисхождения, вы меня знаете. Ну, ну, и что девочка?

И Осипов продолжил рассказ о своих непониманиях в отношении внучки, которая им с женой на самом деле является единственной дочкой. Ирина внимательно слушала или делала вид, не важно, и это обстоятельство, похоже, вдохновляло профессора. Но, в общем, к тому, что он уже успел рассказать, ничего нового, увидел и Турецкий, не добавилось. И, неуверенно закончив, Осипов вопросительно взглянул на Ирину, будто ее психологический опыт в настоящее время мог действительно оказаться главным.

Проследив за взглядом профессора, Турецкий тоже, пряча лукавство, уставился на жену: давай, мол, блесни!

И Ирина, заметив эту «детскую» игру мужа, негромко и словно бы задумчиво, что придавало ее словам дополнительный вес, высказала свое, может быть, даже не столько и профессиональное, сколько чисто женское, материнское мнение.

Фактически ничего нового и необычного она не услышала, да, к сожалению, в данном случае переплелись несколько проблем.

Возраст, взаимоотношения в семье, какими бы они ни казались прекрасными стороннему взгляду, свои собственные интересы, связанные с родом деятельности, и, наконец, возможно, кажущиеся нелогичными действия, поступки, продиктованные впервые проснувшимся чувством. Страшат непонятные компании? Ну, конечно, сразу возникает опасение, чтобы дитя не потянулось к наркотикам.