Слепая любовь

Особенно таких вот, как ты, симпатичных и якобы доступных, ясно? Да, а если этот хрен найдет тебя и станет допытываться, что было, ответишь, что, когда началась драка, ты воспользовалась шумом и убежала. И ничего больше не знаешь. Но думаешь, что здесь было несколько человек, договорились?

– Договорились, – неуверенно ответила Наташа.

– Вот и славно. Беги домой... Нет, постой еще минутку. Последний вопрос: этот, что ли, пачкой денег тебя приманивал, да?

– Этот, – Наташа потупилась, – гад такой.

.. за горло схватил, подонок... больно...

– Ну, тут ты сама виновата, Наташа. Я тебе как нормальный мужик скажу, у которого нет никаких комплексов, понимаешь? На тебе сегодня весь день была такая одежка, что даже человек с сильной волей, если он, понимаешь, не полный импотент, вполне мог отреагировать соответствующим образом, то есть адекватно. Ты провокаторша, это понимаешь? Сама мужиков провоцируешь хватать тебя за ухи и тащить в кусты. – Филя засмеялся.

– Ничего я не провоцирую, все так сейчас ходят, – насупилась девушка.

– Ага, поэтому он вас и догонял аж от самой Масловки. На твои трусики с кружавчиками, наверное, посмотреть хотел еще разок, материальчик пощупать, как же, как же. Дуреха ты еще, прости, Господи, Наташка. Ладно, будем считать, что инцидент исчерпан и он сам виноват.

– А как мне вас звать?

– А никак, – ухмыльнулся он. – Случайно пролетавший мимо ангел-хранитель... Веришь в них?

Потом Агеев сделал то, чего, конечно, не должен был делать.

Он снова, более тщательно обыскал по-прежнему недвижимого Гришу, прислушался: тот дышал. Наконец, в брючном заднем кармане обнаружил довольно приличную пачку, скорее всего, баксов, если определять на ощупь. А подсвечивать себе в этом нечистом деле Филя не хотел. Деньги он протянул Наташе и тихо, но жестко сказал:

– Значит, так. Это он оплачивает тебе физический и моральный ущерб, нанесенный им, понятно? Но ты с этими деньгами не светись и никому о них не говори, даже Юле.

Спрячь и не транжирь. Будем считать, что его те лихие мужички ограбили. Все, беги, а к Хлебникову больше ни ногой, ты уже правильно для себя решила. И Юле – повторяю еще раз – ни слова! Даже ни намека, заруби это себе на носу, потому что иначе ты подвергнешь себя смертельной опасности. Это я тебе серьезно говорю, как профессионал. А сама считай, что на Робина Гуда нарвалась... Пока!

Зыкин застонал, будто приходя в себя.