Магический УПС, или кто подставил ректора

— Может, — сузил он свои прекрасные глаза, — вы сами нам покажете, как допросы следует проводить?

Может, и покажу. Никогда не славилась излишней скромностью.

— Да, — согласно закивала, обрадованная неожиданным поворотом. Да я его сейчас с таким пристрастием допрошу, что он вовек меня не забудет. — Давайте, я только за, если допрашивать буду вас. — Бровями еще призывно поиграла.

Зря я это сделала, потому что мужчина невольно отступил.

Явно пожалев о вырвавшихся словах, глава Университета оглядел учеников.

Все выпрямились, чуть ли не поддергивались на скамьях, лишь бы он позволил, согласился.

Всеобщее возбуждение объяснялось легко. Барышни на факультете Иванова поголовно влюблены в куратора, им прекрасно известно, что я расспрашивать буду. А парни... с них спрос маленький — им бы посмеяться вдоволь.

— Ладно, Мила Валерьевна, — смиренно выдохнул Дмитрий Игоревич, присаживаясь в свое кресло. — Хотите допрос, получайте. Сможете вытянуть из меня любую конфиденциальную информацию, «отлично» поставлю.

Под дружное: «У-у-у», я встала, приняла из его рук указку, возомнив себя профессоршей, и задумалась, с чего бы начать.

Было страшновато, все-таки в подобных делах я никогда не участвовала. А с другой стороны, я вспомнила, что Ульянка, например, постоянно влипавшая в идиотские ситуации, никогда не тушевалась. Еще не все опозорились в нашем прекрасном коллективе, моя очередь.

Начала я с обстановки. Потушила свет, создавая интимную атмосферу, поставила стул напротив ректора и села.

Он снисходительно на меня посматривал, но взглядом по моим длинным ногам провел. Отлично.

Мужчина часто недооценивают силу женской красоты. Моим секретным оружием было помалкивать, поправлять лямочки и улыбаться.

И я молчала. Долго. За спиной послышались разочарованные шепотки, принадлежащие преимущественно девушкам.

Иванов и сам не выдержал, произнес:

— Вы передумали, студентка Моревна?

— Нет, — поменяла позу и кинулась в атаку. — Но почему вы так подумали?

Сам же нас учил: кто первым начинает разговор, тот и проиграл.

Пусть мне на лекциях скучно, но я же прислушиваюсь.

— Вздыхаете, кривитесь и дрожите, — напала-то я на тертый калач.

Он вмиг меня на место поставил.

— Ладно, — фыркнула я, проглотив обиду, — представьтесь, пожалуйста.

Дмитрий Игоревич устроился поудобнее, никак не выдавая эмоций. Я бы расстроилась, но прошлый год даром не прошел. Его жесты значили, что мой вопрос доставил ему некий дискомфорт.