Стая бешеных

Да и так ли это важно? Главное, что вы теперь переживать не будете.

– Спасибо вам, Юрий Владимирович, – проникновенно сказала Ирина. – Спасибо вам огромное…

– Да будет!.. – хохотнул подполковник. – Нынешнего хозяина квартиры сейчас в Москве нет, а как появится, я его порасспрашиваю. Может, он в курсе.

– Спасибо еще раз.

– Ну и бабуля у вас, бывает же такое…

– Выходит, бывает.

– А квартирку-то потеряли… А, Ирина Алексеевна?

– И черт с ней… Не думала об этом и думать не хочу…

Земцов обещал связаться с ней, как только появится какая-то информация о местонахождении бабули-путешественницы.

На том и попрощались.

Ирина сидела на кровати, закусив губу. Было как-то обидно, горько. Да, неприязнь к сестре невольно перекинулась и на двоюродную внучку. Но есть же какой-то предел… Можно же было предупредить… Впрочем, это в стиле бабы Зины. Зачем предупреждать? Кто ей Ирина такая? Никто.

Глава 11

БРАТСТВО

После публичного наказания порез на груди Сынка зажил довольно быстро.

Впрочем, у Сынка был высокий порог боли, он и не такое стерпел бы, не поморщился.

А жизнь в монастыре представлялась чем-то занимательным и полным романтики и все еще не разгаданных загадок. Помимо вновь прибывших здесь было еще человек триста таких же убогих и покалеченных. Но те, кто со «стажем», новичков сторонились. На Сынка тоже смотрели как на новичка, а стало быть, существо низкое в социальном смысле. Кроме того, после показательного наказания Сынок на какое-то время выпал из поля внимания начальства, его не назначили ни в какую группу, и он, чужой и всеми избегаемый, просто болтался без дела.

Но постепенно простодушная мордаха Сынка, его обаятельная желтозубая улыбка, готовность поделиться табаком сыграли свою роль, и у него появился свой круг общения. Паши и Саши он теперь сторонился сам.

Проще всего ему было завоевать женские сердца. Начало вхождения в коллектив было положено в швейной мастерской, где он познакомился с Цыпой и Пипеткой – двумя уже не молодыми, но все еще цветущими особами, великими мастерицами в швейном деле и певуньями.

Блуждая по монастырю, Сынок прослышал нежное пение на два голоса. Привлеченный звуками русской песни – кажется, «В низенькой светелке», – он просунул нос в дверную щель и попытался втиснуть и глаз, но пение вдруг прекратилось, а дверь была прихлопнута ударом ноги вместе с носом Сынка.