Пока не закончилось лето

- Маркус, даже, если бы я хотела тебя наказать, то не придумала бы лучше, чем ты в этой одежке! – Рина расхохоталась. И я заметила, что Ася тоже удовлетворенно улыбнулась, глядя на бедного парня.

- Девочки, если вы перестанете метаться от полного уныния до агрессии в нашу сторону, я готов терпеть любой наряд, - и парень кокетливо оголил плечо.

- Тьфу, Маркус, давай лучше снова закарабкаемся на эту треклятую вершину и поищем твои кроссы. Не могли же они так легко порваться при твоем обращении в собаку, как одежда, - широкоплечий массивный Оливер пошел в сторону стены.

За ним отправились и остальные ребята, кроме Ролана и Геры.

Я нашла в аптечке дезинфектор и бинты:

- Гера, можешь сначала Ролану помочь?

Рина присела рядом, покрутила мои ладони в повязках из Гериной футболки:

- Кать, ты, наверное, не снимай. Воды здесь нет, а кровь вон как запеклась. Больно будет срывать. Может потерпишь, пока дойдем до реки или хотя бы снежника?

Подруга была права, повязки выглядели ужасно. И хотя мне хотелось увидеть, что за слова были написаны магическим камнем на моих ладонях, сейчас заниматься этим было неразумно.

Гера отдал мне очки на хранение и после Ролана стал обрабатывать и перевязывать ладони девочек.

- Ролан, ты как? – мне показалось, что парень не хочет смотреть на меня.

- Спасибо, Катя, я в порядке, прости. – Ролан прикрыл глаза.

- Тебе не за что извиняться! Еще раз услышу такое и обижусь!

Парень ничего не ответил, он открыл глаза и с такой тоской посмотрел, что теперь мне захотелось плакать и ругаться.

Кричать, что никто не смеет унывать. Что может быть надписи ничего не значат, просто злая шутка камня, которому не понравилось нарушение ритуала. Так много хотелось сказать: о том, что мы перестаем быть собой, когда позволяем себе впасть в отчаяние; о том, что второй сектор победил нас не тогда, когда обогнал, а тогда, когда мы перестали верить себе, перестали шутить и видеть во всем хорошее. Но я не успела: над нами раздался дикий хохот, потом задорный свист – такие узнаваемые и любимые звуки, издаваемые нашими парнями постоянно и по любому поводу. Небольшая скала закрывала обзор, но голоса Сени и Вени трудно с чем-то перепутать. Я даже Даниеля услышала:

- Оборотень! Маркус! Не смей этого делать!

И тут же с карниза, нависавшего над тропой, спрыгнул белый зверь. Я ахнула. Размером он был, как хорошая лошадь, а не собака. Такое огромное создание рядом должно вселять страх. Нам бы в обморок свалиться, но мы рухнули от смеха.