Серая Дружина-1: Сердце Крона

 

К моему удивлению, Йехар медленно кивнул и принял такое положение, чтобы разговаривать было удобнее. Покосился на почти затухший костер, но разжигать его вновь страннику было лень, так что он просто опять достал Глэрион. По мечу побежало теплое оранжевое пламя. Йехар задумчиво погладил лезвие, не обращая внимания на то, что его рука при этом проходит сквозь огонь.

− Возможно, ты прав и нам стоит поторопиться со своими суждениями, − заговорил рыцарь.

− Я чувствую, что времени с каждым часом остается все меньше. Что-то надвигается…

− Очень драматично, − фыркнул Веслав. – Так что было на стенах темницы?

− Я спать хочу! – вставила я жалобно.

− А я нет, − бодро отозвался Эдмус. – А на той стене было много всего: рисунки всяких женщин и письмена, и я еще помню, что мы из этого ничего не поняли, так что завтра придется лететь и проверять, и, если мы не поймем все это во второй раз – вот это будет по-настоящему весело, потому что…

Все скривились, но заставить шута примолкнуть у нас не было никакой возможности: он осмотрительно выбрал себе место так, чтобы до него нельзя было дотянуться.

Разве что добросить тяжелым подручным средством, так он же и сандалии Герема с собой забрал, а другим чем-нибудь – жалко.

− Мы думали над этим, − заметил Йехар. – За время скитаний по мирам мы повидали множество странных символов и надписей… Многое там можно было прочесть – и уверяем, ничего о Сердце Крона не было.

А уж о том, как его уничтожить…

− Плохо, значит, смотрели.

− Всеми глазами, что были у нас в наличии.

− А двери? А если там будет что-нибудь внутри?

 Пришлось вмешаться, потому как я всей душой желала, чтобы этот спор поскорее закончился.

− Но ведь та тень… помнишь, сказала – «на ее темнице», а не внутри.

Так что…

Алхимик нахмурился, но не ответил и пробежал взглядом мимо меня. Пытался, как и мы, связать сказанное Тиресием с тем, что мы услышали от чьей-то души.

− Кто она такая, вообще? – наконец вспылил он. – И какого черта лысого перед ней тени расступались?! Достала, что называется, и у Врат Эйда…

− Умершая прорицательница, − мне это не казалось таким интересным.