Серая Дружина-1: Сердце Крона

Ну, легенды о том, что раньше миры был едины и под деревьями бродили единороги… − тут от Веслава прилетело что-то вроде «Святая простота!» − Одна история, и все такое, люди и маги свободно проходили из мира в мир… но после Первой Магической… э… год не помню… в общем, после пленения Небироса произошло разделение и стихий, и миров. Постепенно они разошлись совершенно, и попасть туда нереально.

− Реально, – сказал шеф, в панике шаря по столу в поисках курева, – в том-то и дело, что реально! Когда нарушается равновесие в одном из миров – в сторону света или тьмы – в каком-то другом мире открывается Арка.

В точку сбора прибывают пять магов: двое из мира, который выбран местом встречи, трое – из других миров. Подобное событие может произойти не чаще, чем в сотню лет. Ну, и…

 Тут он стыдливо развел руками и улыбнулся.

− Хотите сказать, мне придется тащиться в параллельный мир равновесие восстанавливать?

− Тебе и еще четверым из тех, кого выберет Арка. Троим. Веслава она уже выбрала.

 Повисла натянутая тишина. В уме у меня опять панически закрутился календарь.  В который раз я попыталась отыскать первое апреля в середине мая. Не отыскала и поэтому прибегла к другому здравому объяснению.

− Ха-ха, − сказала я. – Нас снимают скрытой камерой?

Шутку не оценили. Шеф смотрел на меня страдальчески, Веслав – мрачно.

− Арка должна открыться через сутки или около того, − наконец добавил Игнатский. – Остальные должны прибыть скоро, мы попытаемся вычислить место по спонтанным магическим всплескам.

А вы пока… ну, привыкайте друг к другу, что ли…

Наступила пауза. Игнатский выжидающе смотрел на темного. 

− Вы не могли бы…

− Мог бы, − ответил тот, порывисто вскакивая и направляясь к двери. – Успокойте ее. Попытайтесь пожелать ей удачи…

В ответ шеф смерил его неприязненным взглядом, и в этом взгляде я прочитала сомнение в моей удаче. А также и в том, что меня удастся успокоить.

Дверь захлопнулась так, что по всем законам логики просто должна была разлететься мелкими кусочками.

Игнатский страдальчески сморщился и потрогал мешок под левым глазом.

− Как всегда, − сказал он. – Только собрался в отпуск…

В отпуск шеф собирался примерно раз в месяц, но на моей памяти, да и на памяти здешних старожилов – пока не выбрался ни разу. С этим была связана какая-то мистика: как только Игнатский решал расслабиться, начинались всяческие катастрофы.