Серая Дружина-1: Сердце Крона

Видно было, что в незапамятные времена по нему прошелся чей-то острый клинок: рог был разрублен почти надвое.

– Пока не надо,  – попросила я шепотом, а Герем уже обращался ко мне, причем демонстрировал тот самый рог:

– …Минотаврия, подошел бы вам для придания уверенности в себе. Тот, кто отрежет хоть кусочек от него, навеки перестанет теряться и бежать от ответственности…

– Передумала, − сообщила я Веславу. – Влюбляй.

– Вот перья Икайра, кто владеет хоть одним из них…

– Икать будет до смерти? – тут же предположил Эдмус.

– …продержится в воздухе, сколько захочет и никогда не потеряет своих крыльев.

– Странно, – заметила вполголоса Виола, – я где-то слышала про Икара, и мне казалось, что история закончилась, конечно, долгим и счастливым полетом, вот только он был вертикальным.

– Это ты к тому, что он врет?

– М-м…

– Хочешь пример? – вмешался Веслав. – Тебе он только что предложил слезы Яниуса – от раздвоения личности.

– Это Януса Двуликого, значит?

– Очевидно.

Йехар тем временем пытался остановить это пылкое восхваление товаров, грозившее затянуться до самого вечера.

– Почтеннейший… уважаемый… милостивый… послушай, Герем! Заверяю тебя, мы просто хотели спросить дорогу, что ты и сам знаешь, раз уж так осведомлен о моих спутниках.

Это возымело действие. Улыбка стала жалобной, глаза – еще честнее, волосы и борода вдруг потемнели на тон (мы с Виолой тут же приготовились пинать алхимика – так что он за грибы вчера приволок?!), и Герем поникшим голосом осведомился:

– Ну, может, хотя бы волос Афейны?

– Нет, благодарствуем.

– И правильно… – совсем загрустил Герем, упираясь в прилавок глазами (волосы потемнели еще). – И верно… к тому же, у нее вовсе нет волос, они мешали ей под шлемом. Как сейчас помню: когда она попросила Геферна ее обрить, ему пришлось обращаться к Склепию за помощью, так смеялся, так смеял… а как там поживает Тано?

– Хорошо, –  мягко ответил Йехар. – Он здоров, хотя…

Но тут грусть Герема вдруг прошла, и он бурно расхохотался.

– Здоров? Конечно! Тано за все тысячелетия болел только раз, но Склепий отказался подойти к нему даже на два шага, и он живо выздоровел! Хотя, конечно, грустен – да, да, я не удивляюсь, у его меча сейчас нет работы… кстати, не хотите купить осколок от первой болванки этого клинка?

– Нет, благодарю… послушай, но ведь ты, кажется, бог?

– Кто? – с искренним интересом посмотрел на Йехара Герем.

– Ты.