Серая Дружина-1: Сердце Крона

В мифах-то они, конечно, такие прекрасные, мудрые да справедливые, а разве наши политики в современных СМИ… гм, простите. Отвлеклась.

А Зевс, помнится, и по мифам был не подарком: только и делал, что детишек строгал на земле да с супружницей цапался: то бичевал, то еще что-то… Да и с папой у него как-то не по-родственному вышло.

− Крон, − припомнила я.

Йехар обернулся мгновенно. И полведра вина реакцию не замедлили, надо же.

− Да?

− Крон, он же Кронос, Хронос, Хрон и не знаю, как по-здешнему.

Титан и Повелитель Времени. Зевей сказал, что все слышали его голос. Может быть, он с какой-то стороны тут?

− Вполне…

− А он не любит сыночка? – горячо заинтересовалась Бо.

По коридору послышался шум крыльев: нас догонял спирит.

− Там такая бойня! – восхитился он. – А что я ушел – никто и не заметил, они бы и Нефоса не заметили, даже если бы он был очень-очень злым! Ну, а мне жизнь дороже, я решил к вам… вы про папочку Зевея, да? Вот уж тоже сыночек: он почти как спирит с ним поступил.

Одолел, свергнул, а потом еще и заставил выплюнуть проглоченных деточек… ну, да, я слышал, как Зевей там визжал на жену: «Лучше бы он тебя переварил!». Кстати, так они что – еще и брат и сестра, ну, я вам скажу, это…

− А я сразу поняла, что с этой Гээрой что-то не то, − похвасталась Бо. – А ее глотали и выплевывали один раз или несколько?

− Здесь вы правы, у Крона были причины желать сыну зла, − подтвердил Йехар, ожесточенно тряся головой.

– Насколько мне известна эта история, он проглатывал детей только из-за предсказания, что один из них его свергнет, так что можно судить о его мстительности. Но где он? Что с ним случилось здесь после свержения?

− Вернемся и спросим? – я оглянулась назад.

Йехар такого решения не одобрил. По его мнению, быть зашибленным каким-нибудь случайно летящим предметом быта – не самая лучшая участь для рыцаря.

− Меня тревожит судьба этого мира, − бормотал он. – Он явно склоняется даже не ко злу, а к Хаосу: боги ведь олицетворяли именно гармонию, равновесие стихий. Если то, что говорил Зевей, верно – а он не лгал, я чувствовал это – то теперь не стало также богини справедливости и закона, а это…

Он продолжал бормотать, но я уже не слушала.