Экзамен для эмпата

Лас убедился в этом, с трудом открыв ещё плотно прилегающую крышечку – внутри обнаружилась непонятная густая желтовая субстанция, ещё ни разу не тронутая.

Забавно. Интересно, чьё это добро? Милис или Арсы? Скорее, Милис – от неё исходил целый букет тонких ароматов, очень похожий на запах в ванной. Арса пахла чем-то горьковато травянистым.

Лас вспомнил, что ему глубоко плевать на девчонок и всю остальную группу. Кроме того, ещё немного, и он пропустит не только завтрак, но и на урок опоздает.

Лас сгрёб в охапку грязную одежду.

Сейчас бросит в комнате, потом постирает. Из карманов посыпались орехи, рядом брякнулась та самая бляшка, которую он так и таскал с собой. Лас поколебался и снова сунул её в карман. Желудок предупредительно заурчал.

Кстати, о завтраке. Если каша опять подгорела… Лас сунулся в шкаф в гостиной и внимательно осмотрел содержимое. Заварка, травяной сбор, мешочек с сахаром, сушёные фрукты… печенье. Годится. Он достал полную тарелку и без зазрения совести выгреб треть содержимого.

Если эти люди могут себе позволить лезть в его вещи, то и он моральными терзаниями утруждаться не станет.

Печенье было вкусное, Лас оценил. Рассыпчатое, с ягодным вареньем в центре кружочка. И меньше всего оно походило на чёрствые школьные галеты.

Вот теперь можно и за кашей отправляться.

Сутки пролетели незаметно. Лас никак не мог взять в толк, как так вышло, что домашнее задание они не сделали за один день, а ощущалось это так, будто он неделю прогуливал. Учителя почему-то считали, что раз шестой день теперь неучебный, то и письменных работ можно задать побольше.

Мастер Риасса распределила темы рефератов и заверила, что времени у них точно хватит, а на следующий день добавила всему потоку рабочих часов и самолично проконтролировала вылазку в Пустошь. Сорняки росли со страшной силой, красный мох заполнил каждый свободный клочок земли и душил всё более-менее ценное. Его выжигали и выдёргивали, работая в равной степени магией и руками. Риасса коршуном кружилась над кустами асфиделиса и следила, чтобы у ценного растения ни один листочек не подпалили.

– Ей же ж она злая, ой же будто шесской пчелой ужаленная, – посетовала Джина, подрубая лопаткой вредоносные корни.

– Она две ночи асфиделис караулит, к тому же Тиена нет, школа на ней, – шёпотом пояснил Лас, которому эти полевые работы тоже надоели до синих демонов. Он хотел пить, есть и читать.

Последнее желание победило, и после работ Лас сразу отправился в библиотеку.