Экзамен для эмпата

Пока читал, взгляд его всё время посматривал на замысловатый рисунок печати из кругов, черт и точек.

Первые главы были посвящены великим целителям прошлого и их открытиям. Так, среди множества достижений Селеста Пирийского упоминался метод кругов и скреп, впервые применённый для врачевания особо сложных случаев. Он вернул подвижность ног неходячему пациенту – способность ходить пропала в результате магического воздействия неясной природы. Лас пролистал весь труд и не нашёл больше ни одного упоминания об этом методе.

В книгах по современному врачеванию тоже не обнаружилось ничего похожего. В паре мест Лас наткнулся на весьма смутное описание, которое могло быть в равной степени и обобщённым рассказом о технике плетения, и описанием того, другого способа. Кругов и скреп.

Лас отложил книгу.

“Магия – это просто энергия, – сказал он себе. – Плетения, знаки или чистое стихийное использование – это инструмент. И кто сказал, что не существует других методов?”

И нужно ли изобретать что-то новое, если можно внимательнее присмотреться к тому, что лежит прямо под носом?

Он ведь чувствует интуитивно направления потоков.

Для простых плетений ему и схемы не нужны. И хотя никто не учил его лесной магии, Лас смог разглядеть её узор и воздействовать на него. Но всё это такое баловство… Его палец задумчиво рисовал на ладони Энни фрагмент давно заученного узора: круг, три точки, ещё один круг поверх. Как в тетради. Не слишком ли дерзко думать, что он сам сможет разобраться с чем-то столь сложным?

Лас аккуратно вычертил на лбу Энни знак, делая видимыми её жизненные артерии.

Мягко засветились потоки энергии, окутывающие девушку, словно невесомые ленты.

Могло ли такое быть, что печать – это лишь часть большего знания? Круги и скрепы вылечили ноги какому-то давно забытому человеку.

Лас взялся за карандаш и отыскал глазами пару едва заметных нитей ближе к голове. Как он знал с лекарских лекций, этот участок отвечает за зрение. У Энни здесь остался лишь призрачный след – потухшие линии, как будто потерявшие саму способность принимать жизненную силу.

Он скрупулёзно перерисовал каждый изгиб и завиток.

Да ему всего лишь нужно сделать на их месте такой же поток и соединить его с остальными.

Феб осматривал Энни до своего отъезда из Рубежа, но сказал, что его искусство тут бессильно. Но Феб никогда не использовал печати, чтобы лечить, верно? Однако он сделал Ласу дополнительный резерв, когда тот был нужен.