Куда уходят боги

Сказывали те, что вернулись, что никто больше спастись не сумел. Сначала, говорили они, сопутствовала им удача. Сын мой с ратью своею кадсов поборол, почти всех. Кроме двоих меньших, не достигших еще половой зрелости. Извести их он решил на обратном пути дабы к следующему году не вошли в пору и опять не стали бедствия учинять. После победы великой устали воины несказанно, так что поставили лагерь прямо на гнездилище бывшем. Но, поскольку без сил были все, бдительность часовые утратили. И тогда свора дегов, числом невиданная, напала на них, став обликом, как они, и смешалась с ними.

И воевал тогда каждый против каждого, и выжили только семеро, да и те лишь потому, что, израненные в самом начале, в кустах мелги скрылись от глаза любого. Но сына моего нет среди них и нет печали моей утоленья. Я спросил Его: «За что Ты лишил меня сына моего?! Ведь столько лет мы ходили в друзьях. Не уж то ошибся я да гордыней болен, или прогневал тебя думами подобными?!» Он грустно покачал головой: «Нет, друг, ты ничем меня не прогневал, ты всегда доставлял мне радость своей искренней дружбой. Я люблю и тебя, и твой народ. Сотворив вас, я сделал вам величайший подарок – я дал вам свободу. Не я управляю вашей судьбой, а вы сами».*** Впервые просил я Его для себя: «Верни же мне сына, о, мой добрый друг!»Но он лишь печально голову склонил: «Дав вам свободу живым, я не могу забрать ее у мертвых. Умирая, вы покидаете мои владения и продолжаете путь, но куда – не знаю». Тогда лишился я твердости духа, озлился, и ушел из Храма прежде Него. И ходил три дня и три ночи, не разбирая дороги и не страшась ни дегов, ни прочих опасностей не из смелости великой, а из-за того, что не замечал, где иду. Все это время я размышлял, злость моя улеглась и пришли мысли, каких раньше никто из нас мыслить и не осмеливался. Раз Он сотворил наш мир, то не только нас он сотворил, но и кадсов поганых, и дегов, и форботов. А раз сотворил, то и уничтожить их ему надлежит. Меж тем, мы не просили Его об этом, воины наши силы ратной да колдовских уловок требовали, все новые умения дивные придумывая. Но далеко не всегда полезными они оказываются – враги наши приспосабливаются быстро и сами мастера новые трюки осваивать. А нужно было нам лишь попросить… На четвертое утро я пришел в храм и позвал Его. Вообще-то, Он не любит приходить на утренней заре, но иногда бывает, коли припрет очень кому-нибудь. А мне не терпелось очень.