Тайна заснеженного замка

– Что вы еще скажете, сударь? Может, их уносит чёрт, чтобы они попели и поиграли в лапту?

Грюндель поднял руку:

– Подождите, прошу вас. Я понимаю, что мои слова звучат… как бы сказать… нелепо и безумно. И все-таки согласитесь: двенадцать знатных девушек периодически исчезают из спальни и возвращаются назад. Они выглядят изможденными и у них, насколько известно мне, стоптаны туфли. Исчезновения происходят ровно в полночь, каждую пятницу в течение уже двух недель, а с учетом, гм, некоторых обстоятельств, к которым я вернусь немного позже, – может, и дольше.

Так вот, у себя в архиве я обнаружил книгу старинных сказок и легенд. Среди прочих там есть предание о двенадцати принцессах, которые танцевали двенадцать ночей в подземелье, чтобы расколдовать двенадцать принцев. Разве же это не похоже на наши ночные пропажи?

– Вы хотите сказать, что девицы совершают магические ритуалы? – поразился директор. – Но ничего этого не бывает! Ни заколдованных принцев, ни вечного сна, ни собственно колдовства!

– Это мы знаем, – возразил Грюндель, – а вот девушки, которым четырнадцать-пятнадцать лет, могут иначе смотреть на подобный вопрос! Вообще предание о спящем короле и его зачарованных рыцарях очень популярно в народе.

Сегодня я имел удовольствие припасть к источнику народных преданий в лице служанки Жозефы, и она поведала мне, что холм, на котором стоит наш замок, её прабабка называла «Двенадцать Пик». Она, правда, добавила, что каждый второй пригорок в этих краях так называют, но ведь не на каждом обитает толпа романтически настроенных девушек, которые жаждут приключений.

Трое его слушателей немного помолчали.

– Допустим, – наконец сказал директор, – что-то в этом есть. Но почему вы считаете, что девицы начали пропадать раньше? Как такое могло быть? Уж конечно, госпожа Дагобер, или госпожа Тронколен, – да может быть, даже Куртийон – при первом же ночном обходе давно бы обнаружили пропажу.

– Об этом-то я и хотел бы рассказать! – обрадовался Грюндель. Итак…

К несчастью, при этих словах он так взмахнул старыми бумагами и искрошенным пергаментом, что на него напал неодолимый кашель. Едва он справился с приступом, едва собрался продолжить, как послышалась тяжелая поступь и дверь спальни медленно приотворилась.

-6-

Когда-то, в дерзкой юности, маленький архивариус добыл и прочел поучительную пьесу об одном развратнике.