Ведьма на грани

Узкая койка, заправленная тонким одеялом, закуток для справления нужд, давно устаревший умывальник, с крана которого раздражающе капала вода и… все. Благо, что высота стен позволяла выпрямиться во весь рост, я знала, что некоторые камеры лишены и такой роскоши.

Сколько мне предстоит пробыть здесь? Я с трудом сдерживала готовые пролиться слезы, меня грела лишь одна мысль, что вскоре явится Саргатанас и все объяснит.

Но проходили минуты, а, может, часы, чувство времени теряется первым в замкнутых помещениях, а бес все не появлялся.

У меня затекли ноги от неудобной позы, я встала, принялась мерить шагами комнату. Пять шагов туда, пять обратно, от бесконечно капающего крана я начинала медленно сходить с ума. Наконец, не вытерпела, оторвала от подола лоскут и перетянула его. Стало легче.

Спустя еще некоторое время пришла запоздалая мысль, что, возможно, не следовало так слепо доверять бесу. Он сыграл грязно, использовав мою единственную слабость.

К тому моменту, когда на койке, к которой я даже не прикоснулась, начала материализовываться кошачья фигура, мои нервы были уже на пределе.

— Герцогиня…

— Саргатанас, — прошипела я и схватила кота за шкирку, тут же пригвоздив его к серой стене.

Пусть я и временно лишена Силы, но надрать ему хвост и оттаскать за уши точно смогу! Не будь я истинной дочерью Нахи!

В тот момент я забыла, что он далеко не обычный бес…

Глава 2. Слово беса

— Ведьма, — прохрипел Саргатанас. — Отпусти, все равно ты не сможешь меня убить.

— Не смогу, — не ослабляя хватку, кивнула я, — но попытаться стоит.

На самом деле, бесы – бессмертные существа, и, конечно, я об этом прекрасно знала. Но последние часы накалили мои нервы до предела, и я задумалась, а почему, собственно? Не бывает тех, кто не умирает, разве, что боги…

— Не сможешь, — повторил бес и сделал вид, что теряет сознание.

— Ладно, — нехотя смирилась я и отпустила, держать упитанного кота на весу довольно тяжело.

Оказавшись на кровати, Саргатанас встряхнулся, затем принял фривольную позу и одарил меня непередаваемым взглядом, в котором сквозила смесь восхищения и явного недовольства.

— Взбалмошная ты.

— Какая есть, — парировала я.

Уселась рядом с котом, поправила подол некогда роскошного платья, которое сейчас выглядело словно его носили сто невест, и каждая не слишком-то берегла.

— Рассказывай.

Кот молчал.

— Рассказывай, — почти прорычала я. — Я сбежала с собственной свадьбы, лишив себя единственной возможности занять достойное положение в обществе.