Ведьма на грани

Люблю! Приди за мной. Приди!

— Лика, — донесся до моего слуха приглушенный голос, я обернулась, но ничего не увидела, одна сплошная серая рябь. Повернулась, но моего ведьмака уже не было. Я готова была взвыть от досады, но тут совсем рядом я услышала его голос, отчетливый, громкий, — Лика, наша связь еще слишком слаба. Где ты?

— В ковене! Я в ковене, Миралд! Я заперта в башне!

Ответа не услышала, зато пришла боль, я застонала во сне, а услышала свой стон наяву, и вот, когда грань между грезами и реальностью почти исчезла, я услышала его голос:

— Я пойду за тобой до конца…

Открыла глаза и рывком села, тут же в страхе сжалась, меня окружала кромешная темнота, а до слуха донеслись странные звуки, похожие на то, как… кто-то пьет воду.

— Кто здесь?

— Свет! — лениво скомандовал знакомый голос, и тут же камеру тускло осветило.

— Саргатанас? — почти не удивилась я, увидев возле умывальника кота, деловито закручивающего вентиль.

Он вальяжно прошел по полу, запрыгнул на койку и вперил в меня осуждающий взгляд.

— Что? — невольно поежилась я.

— То! Неужели ты забыла, что нельзя применять магию, пока действует блокиратор?! Хорошо, что тебя не размазало по камере. Благо, я был рядом. Ты что?! Совсем сбрендила?

— Я увидела Миралда…

— Тьфу! Вот дура! — в сердцах выкрикнул бес, я даже не ожидала, что он способен на такие эмоциональные всплески, — Ты почти угробила наше дело! Ты хочешь найти родителей или нет?!

— Хочу, — буркнула я, — А еще я есть хочу, — пожаловалась и почти в то же мгновение получила от беса еще один мешочек с едой.

Пока я уплетала за обе щеки нехитрый ужин, в этот раз состоящий из овсяных лепешек на молоке и сыра, Саргатанас молчал, но, едва я доела, он снова принялся отчитывать меня:

— Весь день проваляться в отключке. Весь день! В твоем… нашем положении такого нельзя себе позволять! Каждый час на счету! И Эрила знает о твоей попытке взломать блокиратор. И как взломать? В лоб!

Я немного опешила от такого напора, давно мне уже никто не устраивал выволочку, даже родовой дух в последнее время стал подозрительно мягким, реже ворчал, больше мечтал о восстановлении прежнего быта…

— А почему нельзя было рассказать обо всем Миралду? И Родгару?

— Миралд не отпустил бы тебя, Родгар подавно, — отрезал кот.

— Попробовать стоило…

— Попробовать? Попробовать?! — вновь завелся Саргатанас. — Во всем мире ты – единственная, кто может выйти за грань этого мира и попасть в мир избранных Арда.