Убей, укради, предай

Если бы они платили все, что положено, они бы просто разорились или вынуждены были бы настолько поднять цены на ввозимые товары, что те же окорочка и памперсы стали бы предметом роскоши, недоступной девяноста пяти процентам населения России. Вот смотрите: предположим, вы ввозите в Россию товара на один доллар. Вам надо заплатить таможне примерно сорок центов. Но вы прекрасно понимаете, что за один доллар ваш товар раскупят быстрее, чем за доллар сорок, поэтому вы пошлину платить не хотите. Тогда вы заключаете с поставщиком липовый контракт о том, что ваш товар стоит десять центов, и платите пошлину четыре цента.

А оставшиеся девяносто центов переводите поставщику через «Феникс». Заметьте, что эти левые доллары в основном даже не исчезают из России навсегда. Они возвращаются в виде товаров. Они крутятся через «Феникс» десятки раз, чтобы мы с вами могли что-то купить дешевле. Именно этим и объясняются огромные суммы, прокачанные через счета «Феникса». По нашим подсчетам, «Феникс» обслуживал до десяти процентов всего российского импорта.

— Ни фига себе, — присвистнул Турецкий.

— Конечно, с точки зрения американцев, «Феникс» — контора преступная. Шестопал работал без лицензии на такого рода операции, и он бы ее не получил, даже если бы очень захотел. Так что Шестопала они, наверное, посадят.

— А «Феникс»?

— «Феникс», естественно, ликвидируют, только на его месте появится новый. — Семен невесело ухмыльнулся. — Восстанет из пепла, и все пойдет по-старому.

— Как-то угнетающе это все звучит, — вздохнул Турецкий, только теперь сообразив, что, вместо того чтобы провожать Школьникова, они топчутся у ворот Генпрокуратуры.

 — Полная бесперспективность, значит?

— С ветряными мельницами, Александр Борисович, надо бороться, не наезжая на них с копьем, а посредством постройки современных мукомольных комбинатов.

7

Черный. 8 сентября, 17.40

Ток-шоу закончилось благополучно: русскую мафию заклеймили, американский образ жизни признали единственно верным. Правда, у Черного еще часа два ломило зубы — он так их стискивал, чтобы не заржать в присутствии восторженных слушателей, что многие наверняка решили, что у него многочисленные и непоправимые дефекты речи.

Матерый шоумен, ведущий, живенько переводил его скудные реплики на язык, понятный дебильным детишкам, а заодно щедро сдабривал собственными дурацкими комментариями, от которых у Черного просто слезы от сдерживаемого хохота на глаза наворачивались.

Короче, все остались довольны.