Убийственная красота

– И что? Отрабатывали вы этого Нестерова?

– Накануне покушения на Литвинова Нестеров был госпитализирован. Обострение ишемической болезни сердца. Выписался из больницы позавчера, то есть в день гибели Климовича. Персонал подтверждает, что больной Нестеров стен данного богоугодного заведения не покидал в течение всего курса лечения. В том числе и восемнадцатого, и в ночь на девятнадцатое августа. Хотя вообще больных на выходные иногда отпускают домой. Но Нестеров живет один, его не отпускали. И в день смерти Климовича он вообще был на глазах у медперсонала.

Его осматривал врач перед выпиской, ему готовили документы выписные. Он до тринадцати часов дня весь как на ладони. Абсолютное алиби.

– Ну вряд ли он сам подложил бомбу. Для этого существуют исполнители. Вы за ним наблюдение установили?

– Да, была наружка. Ничего существенного. В больнице он был изолирован. После выписки ежедневный маршрут однообразен до скуки: дом – работа, работа – дом. Я свою наружку снял в связи с переходом дела в твои руки.

– А что по адресу Климовича? Там свидетели взрыва были? Вообще, поквартирный опрос проводили?

– Свидетели есть. Одна дама выгуливала свою шавку, но от нее толку мало. Мадам в шоке: на ее глазах все и произошло. Поквартирный опрос провести не успели. Там выходные наслоились. Народ на дачи разъехался. А сегодня дело у меня забрали. Так что теперь тебе карты в руки, – повторил Томилин. – Давай, Турецкий, двигай! Теперь тебе твое начальство будет вопросы задавать, а ты будешь перед ним отчитываться, как я сейчас перед тобой.

«Верно, что это я? Чужими руками жар загребать – этого за вами, Александр Борисович, раньше не водилось!» – Турецкий вдавил в пепельницу окурок.

– Верно, дружище! – произнес он вслух. – Извини. Все хочется бежать впереди паровоза. Ладно, оставляй бумаги, будут вопросы – я позвоню. Или подъеду, – добавил он, уловив легкую усмешку, скользнувшую по лицу Томилина.

– Вот. – Томилин пододвинул к Александру лежащую на столе папку. – Здесь протоколы осмотра мест происшествия, протоколы допросов свидетелей, данные экспертиз.

Короче, все, что нужно было сделать, все сделано. – И опять лицо его приняло несколько отчужденное выражение.

– Хорошо. Спасибо. И не сердись. Не я себе этот геморрой на задницу придумал.

– Понимаю. Ну, бывай!

Глава 6

Смертельные игрушки

Из протокола допроса Литвинова М. И. (с применением звукозаписи).

Следователь по особо важным делам прокуратуры города Москвы, Томилин С. Н.