Убийственные мемуары

Турецкий разозлился и решил пока что проводить в конторе как можно меньше времени, но до вечера все равно пришлось просидеть в кабинете, перекладывать бумажки. Позвонил Грязнову:

– Славка, что делаешь?

– Пистолет твой дурацкий ищу.

– Он не мой.

– Ну израильский. Ты знаешь, кто им пользуется?

– Агенты «Моссада».

– Вот именно, представляешь, чем тебе это грозит?

– А чем? – заинтересовался Турецкий.

– Хорошей версией. Израильтяне укокошили русского контрразведчика.

– Он пенсионер был.

– Не надо ля-ля. Ты не хуже меня знаешь, что бывших в таком деле не бывает. Саня, если тут шпионские страсти, я тебе не завидую – ты меж десяти огней окажешься.

– Ладно, не каркай, скажи лучше, что раскопали.

– Ни-че-го. Ровным счетом. Вот же ж блин! За весь год по всей России ни единого случая применения такого оружия, разумеется, среди тех, что нам известны. Есть, правда, одно мутное дельце, калибр подходит, и некоторые элементы в сплаве со свинцом, но там пуля так деформирована оказалась, что точного заключения экспертиза не дала.

– Так разве бывает? – удивился Турецкий.

– Да сколько угодно. В котельной одной подмосковной вчера мужика замочили, а пуля насквозь прошла, ну и в топку попала, почти расплавилась. И труп пока что не идентифицировали, его тоже в топку засунули, почти не осталось ничего.

– А зубы?

– Зубы есть, а кто его стоматолог, откуда я знаю.

– Это где случилось, ты говоришь? – машинально спросил Турецкий, вспомнив почему-то, что в двух домах от того, где жил Ракитский, стоит котельная.

– Ну ладно, мы еще поковыряемся, – не ответил на вопрос Грязнов и дал отбой.

«…Вернемся, однако, в конец семидесятых, а точнее – в 1977 год.

Около года у меня ушло на восстановление авторитета фирмы, на возвращение ей позиций, утраченных из-за вялого руководства. Конечно, ван Хойтен неизменно оказывал мне свое покровительство, и, конечно, это сыграло не последнюю роль в том, что за столь короткий срок я приобрел определенный вес в деловых кругах Йоханнесбурга, завел полезные знакомства и получил заказ на геологоразведку на северо-западных границах ЮАР и на территории частично оккупированной ЮАР Намибии.

Ван Хойтен не забыл оказанной ему услуги, он умел быть благодарным. И хотя я имел широкие полномочия на общение с ним: в случае необходимости мог прибегнуть и к угрозам, и к шантажу, но мне ни разу не пришлось этого делать.